Участники траурной церемонии в Беслане призвали помнить о жертвах теракта

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

О теракте в Беслане невозможно забыть, объяснили свой приход во двор бывшей бесланской школы №1 участники траурной церемонии. Этот теракт повлиял на политическую систему страны, считает историк Никита Соколов. Яркой памяти о теракте в обществе уже нет, но он не забыт, констатировал социолог Алексей Левинсон.

Как писал "Кавказский узел", более тысячи человек приняли участие в траурных мероприятиях в Беслане в первые часы после их начала. 3 сентября утром сотни людей собрались во дворе бывшей бесланской школы №1, чтобы почтить память погибших в теракте. Траурная церемония прошла без соблюдения ограничительных мер, действующих в республике из-за распространения коронавируса.

На месте теракта в Беслане должен побывать каждый

О теракте в Беслане надо помнить, считают опрошенные корреспондентом «Кавказского узла» участники траурной церемонии на месте трагедии.

Андрей Мужщинский из Красноярска впервые побывал в Беслане на траурных мероприятиях. Он рассказал, что работает журналистом, и приехал в Осетию на форум, организованный научно-просветительским центром «Холокост».

«Впечатления у меня неоднозначные. Часто такое слышу – что тут должен побывать каждый. С одной стороны я согласен, а с другой - думаю, что, если человек не готов, то лучше не стоит. Это место эмоционально тяжелое, и находиться здесь сложно. Хотелось бы верить, что через такие ощущения когда-нибудь кого-нибудь от чего-то такого, чего делать не стоит, как-то предостережет», - заявил Андрей Мужщинский.

Татьяна Кузнецова с двумя сыновьями выжили в бесланском теракте. Старший сын Татьяны, девятиклассник на тот момент, получил тяжелые ранения. У младшего, третьеклассника, были проблемы с ментальным здоровьем. Татьяна говорит, что очень сочувствует матерям, потерявшим детей, и каждый год в эти дни приходит в спортзал на траурные мероприятия. Сегодня она пришла с сыном.

«Все говорят мне: «Надо забыть, нужно жить». Но не получается. В расследовании очень много нестыковок, его не проводят как надо. Ну что, посадили одного, сидит себе на государственном обеспечении. Ему разве плохо? Сидит себе кушает, живет в тепле. Люди изменились. Деньги правят миром, получается. Столько сейчас происходит плохого, и все же знают, что творится в мире. И Путин знает, что творится в каждом регионе, и ничего не меняется. Вот от этого и происходят все теракты – потому что простые люди не нужны никому. Может, так землю чистят от простого народа, не знаю», - говорила, перебиваясь на плач, Татьяна.

Жительница Беслана Людмила Сабанова - педагог. Напрямую ее не затронула трагедия в школе, но она говорит, что в Беслане нет людей, которых бы это не коснулось. Каждый год Людмила приходит почтить память погибших. По ее словам, несмотря на то, что прошло 16 лет, все для нее как в первый раз.

«Здесь маленький город, все как на ладони, все друг друга знаем. Поэтому очень больно – видишь мам, которые потеряли детей, и ты не находишь никаких слов утешения, и никогда ты их и не найдешь. Я вот иду и думаю - люди первого сентября с такой радостью отправляют детей в школу с цветами. А мы идем и покупаем букеты с черной лентой. Например, сегодня я купила огромный букет с черной лентой и принесла сюда, потому что по-другому никак нельзя. Это то, что произошло с нами, и это разделило нашу жизнь на до и после», - рассказала женщина.

«Когда где-то говоришь, что ты из Беслана, знаете, какая тишина бывает долгая. Я знаю, что люди, да и весь мир, пережили вместе с нами эту трагедию, и считаю, что люди, у которых добрые сердца, которые просто человечные - не могут пройти мимо этого горя», - добавила Людмила.

Бывшая заложница рассказала, как потеряла в теракте сестру и помогла чужой девочке

Дзерасса Кусова была в заложниках с двумя сестрами, ее младшая сестра Мадина погибла. Сейчас Дзерасса живёт и воспитывает сына в Англии, но часто приезжает в Осетию.

«С возрастом переживаешь по-новому события, по-новому смотришь, переосмысливаешь снова и снова. Это такой, скажем так, философский труд всей жизни. Это как прочитать одну и ту же книгу в разном возрасте и увидеть разные истины в ней. Со временем уходит боль утраты и на первый план выходят философские вопросы и ценности  - понимаешь, насколько жизнь важна. У меня недавно родился сын, и я по-новому взглянула на чувства мамы, потерявшей ребенка, и я стала больше понимать других матерей. Что касается расследования - то для меня единственное расследование, которое можно считать таковым, это то, которое в Страсбурге. Они показали правду», - заявила корреспонденту «Кавказского узла» женщина.

Она сообщила, что все три дня в захваченном спортзале провела отдельно от сестёр. «Это был мой выбор - как старшая я чувствовала ответственность за сестер и понимала, что, если мы погибнем все, то родители просто не переживут этого. И я подошла к этому тактически - решила, что, если мы будем в разных местах зала, то шансов будет больше, и обязательно кто-то из нас выживет. Это был мой холодный расчет, и я потом об этом долго жалела, что не послушала свое сердце и не сидела рядом с сёстрами. Может быть, я могла бы им помочь и спасти», - рассказала женщина.

При этом она отметила, что спасла других детей. «Вон там есть могила Альберта Ваниева, - Дзерасса показывает в сторону бесконечных мраморных плит на кладбище «Город ангелов», - он пришел на линейку со своей двоюродной сестрой. Ей было шесть лет, и она пришла в первый класс. Я просидела все три дня с ними. Девочка хотела к маме, капризничала, Альберт не справлялся. А плакать террористы запрещали. Я с ней разговаривала все три дня, отвлекала, воду носила и она выжила. Мы сейчас общаемся, у нее все хорошо, двое детей. А мне приятно. Я поняла, что у каждого есть своя судьба. Моя судьба такая».

Дзерасса также говорит, что не любит ходить в школу, и редко туда ходит. «Не люблю эту атмосферу, там очень тяжело находиться. Хотя я считаю, я справилась с ситуацией, пережила боль, но там мне трудно до сих пор», - подчеркнула женщина.

Историк и социолог пояснили причины долгой памяти о теракте в Беслане

Применительно к теракту в Беслане следует говорить не о региональной памяти, а о памяти страт, считает член совета Вольного исторического общества Никита Соколов.

«Та страта, к которой принадлежу я, страта гуманитарной интеллигенции, запомнила Беслан очень хорошо, поскольку он стал рубежом в развитии страны», - заявил корреспонденту «Кавказского узла» Никита Соколов.

Судя по данным соцопроса 2019 года, память о теракте в Беслане сохраняло большинство населения России, отмечает руководитель отдела социокультурных исследований «Левада-центра» Алексей Левинсон.

«48% тогда ответили, что хорошо знают об этом событии, еще 43% - что наслышаны в общих чертах, и только 9% заявили, что впервые об этом слышат. Правда, среди молодежи эта цифра составила 25%, что говорит о том, что процесс вытеснения событий в Беслане из памяти идет, но он только начался», - заявил корреспонденту «Кавказского узла» Алексей Левинсон. 

Социолог подчеркнул, что среди людей с высшим образованием уровень «хорошо знающих» о событиях 2004 года составляет 60%. «Это люди не только сохраняющие память, но и передающие ее дальше», - отметил Левинсон.

Он также остановился на приверженности респондентов различным теориям о том, кто виноват в гибели заложников. «С учетом работы государственной пропаганды больше половины населения уверены, что в гибели заложников виноваты террористы. Мнение о том, что заложники погибли из-за неправильных действий российских спецслужб, маргинально - его придерживались 11% мужчин и 6% женщин. В Москве - 13%. И «примирительной» версии - что виноваты и те, и другие, придерживалось 34%», - привел данные исследования социолог.

«С учетом коронавируса, событий в Хабаровском крае, а теперь и в Беларуси, яркой памяти о теракте, конечно, нет, но сказать, что он забыт, было бы неверно», - заключил он.