Прокуратура Дагестана озвучила версию причин терактов

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Генпрокуратура России объединило уголовные дела о покушениях на прокурора Буйнакска и министра внутренних дел Дагестана, передает "Правда.Ру".

По мнению представителей следствия, мотивом обоих преступлений была служебная деятельность потерпевших. "Версия, бесспорно, одна. Она связана с работой прокурора и министра", - заявил заместитель генпрокурора РФ по Южному федеральному округу Иван Сыдорук. Его слова цитирует НТВ.

Машина прокурора Буйнакска Битарова атакована неизвестными утром во вторник на трассе Буйнакск - Махачкала. На обочине дороги сработало взрывное устройство. От полученных ранений прокурор умер в больнице. Спустя час после теракта глава дагестанского МВД Магомедтагиров, выехавший на место происшествия, также подвергся обстрелу. Погибли два его охранника. Несмотря на масштабную спецоперацию, задержать нападавших в первые часы не удалось.

В министерстве внутренних дел считают эти теракты звеньями одной цепи, потому что можно было заранее предположить, по какой именно трассе министр двинется в Буйнакск.

В то же время, председатель регионального отделения политической партии "Евразийский союз" Аливсет Фарухов призвал не спешить с выводами. Он не исключил, что причиной трагедии могла быть и личная вражда.

Как пишет радио "Свобода" со ссылкой на журналиста из Махачкалы Магомеда Мусаева, Буйнакский район, где произошло случившееся, является в республике особой территорией: его население более религиозно, чем в остальном Дагестане; природные условия здесь благоприятны для ведения партизанской войны. Одновременно он обращает внимание на то, что за "исламским фундаментализмом" удобно прятаться криминалу: "Возможен даже такой вариант, что представители этих религиозных или псевдорелигиозных группировок действуют по заказу определенных криминальных крыш, мафиозных крыш".

Сотрудник московской газеты "Время новостей" Иван Сухов разделяет постоянно приходящие в последние годы из Дагестана сообщения о терактах на несколько категорий: "Во-первых, это громкие, действительно резонансные убийства видных деятелей, министров, ведущих политиков. Во-вторых, убийства районных чиновников, которые тоже происходят достаточно часто, и являются важной составляющей частью этого негативного " террористического " информационного фона. Существует еще и третья разновидность. Фактически это взрывы-пустышки, когда происходят подрывы самодельных взрывных устройств, но при этом никто не страдает. Это очень похоже на войну дагестанских ведомств, или группировок, кланов между собой. Что касается убийств на уровне районов, это, очевидно, кто-то из местных жителей, скажем так, пытается решать свои политические, экономические вопросы бизнеса и так далее таким способом".

По мнению журналиста, "громкие" убийства, в отличие от остальных категорий, действительно являются делом рук исламистского подполья, которое в Дагестане "очень развито": "По состоянию на год назад милицейское руководство оценивало численность боевиков в Дагестане в 2,5 тысячи человек. В Чечне говорили о нескольких сотнях, а Дагестан уже год назад обогнал Чечню. Терактов в Дагестане тоже уже давно больше, чем в Чечне. Связано это с тем, что если в Чечне происходит хотя бы какое-то переформатирование власти, особенно в течение последнего года, то в Дагестане никакого переформатирования системы власти не происходит".