Выигравшая дело в Евросуде жительница Чечни требует вернуть ей мужа

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В ответ на претензии по поводу отсутствия результатов поиска исчезнувшего в Чечне местного жителя, следователь посоветовал его жене обратиться за помощью к Путину. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" рассказала Асмарт Байсаева, выигравшая 5 апреля иск против России в Европейском суде по делу о задержании ОМОНом и последующей "пропаже" в 2001 в Чечне своего супруга Шахида Байсаева.

"Я рада, что одержала победу в суде, но не могу быть полностью удовлетворена, пока не найду своего мужа. Пока жива, я не прекращу усилия по поискам Шахида", - заявила Асмарт Байсаева. "Я требую, и не перестану требовать, только одного - вернуть мне, гражданке России, моего мужа - живого или мертвого. И я хочу знать, что совершил мой муж против Российской Федерации", - сказала она.

Женщина также выразила благодарность правозащитникам из общественной российско-голландской сети "Правовая инициатива", помогающим ей в подаче жалобы и ведении дела в Страсбурге. Признанные виновными в незаконном аресте, пытках и убийстве Шахида Байсарова и неэффективном расследовании этих преступлений, власти России возместят заявительнице моральный и материальный ущерб в размере 51 тысячи 732 евро.

61-летний Шахид Байсаев был задержан 2 марта 2000 года одним из подмосковных ОМОНов в ходе "зачистки" в деревне Подгорное Старопромысловского района Чечни, где он, по словам супруги, работал слесарем-механиком в гараже. С тех пор местонахождение Шахида неизвестно.

В августе 2000 года к Асмарт пришел российский солдат и продал ей видеокассету. На пленке показан ее муж, лежащий на земле в окружении военнослужащих. Один из них пинает его и приказывает встать. Бойцы адресуют Байсаеву угрозы, используя ненормативную лексику. После этого видно, как солдаты уводят его в сторону разрушенных зданий. Затем пленник исчезает с экрана. Эта видеозапись и стала основным доказательством при рассмотрении дела в Евросуде.

Предприимчивый солдат также обеспечил Асмарт картой, где было обозначено место предполагаемого захоронения ее мужа. Эту карту Асмарт немедленно представила в Старопромысловскую райпрокуратуру. Следователь прокуратуры получил доступ к указанному месту, которое находилось на территории воинского подразделения, только спустя 16 месяцев.

"Когда мы со следователем и экспертом по эксгумации в первый раз приехали в эту часть, на посту мы сообщили, что хотим проверить, есть ли тело в указанном месте. Нас повели сначала не туда, куда нам надо было пройти. После моих претензий, нас все-таки сопроводили к обозначенному на карте месту. Пригласили двух солдат с маленькими лопатами. Начали копать", - рассказывает журналисту "Кавказского узла" по телефону из своего дома в селе Побединское Грозненского района Чечни Асмарт Байсаева.

"Я на сто процентов уверена, что тело мужа было там. Мы нашли маленький кусок одежды и человеческие кости. Но, тогда до конца мы не докопали. К нам подошел офицер и стал говорить следователю и эксперту, что сегодня суббота, копать не надо. Сказал: "Если у вас есть видеоматериал, зачем вы будете мучаться, привозите кассету в понедельник, мы ее посмотрим и определим: территория большая, может вы не в том месте копаете". С таким условием мы ушли. Я поехала домой, по трассе в сторону Моздока, а мои спутники в другую сторону - им надо было в городскую прокуратуру Грозного. Но следователь и его коллега не доехали - "Жигули", принадлежавшие эксперту по эксгумации, взорвались. 8 декабря 2001 года в 16 часов по НТВ даже передали, что я погибла вместе с ними. Что случилось с человеческими останками, которые мы нашли в воинской части, я не знаю, они, видимо, взорвались вместе с машиной", - продолжает собеседница.

После гибели следователя Асмарт вызвали в прокуратуру и обвинили в причастности к взрыву. Сотрудники прокуратуры также потребовали, чтобы она прекратила поиски своего мужа в интересах ее собственной безопасности, а также безопасности ее детей.

20 сентября 2001 года Асмарт Байсаева с помощью "Правовой инициативы по России" подала жалобу в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

"Уже в 2004-м году, Европейский суд послал запрос в Старопромысловскую районную прокуратуру, которая вела следствие. Я тогда была в Краснодаре, проверяла, не находится ли в местной тюрьме мой муж, так как наша фамилия значилась в списке заключенных. Когда вернулась вместе с зампрокурора Старопромысловского района Суриковым и следователем Магомедом Хатоевым, мы поехали вновь к месту, указанному на карте, проданной мне солдатом, и стали копать. Нашли только мусор. Когда мы в первый раз копали - мусора там не было", - свидетельствует о повторном визите на предполагаемое место захоронения мужа Асмарт Байсаева. По ее мнению, военные перепрятали останки Шахида.

"Последний раз я получила отписку из прокуратуры Чеченской Республики 28 марта. В ней сказано, что по уголовному делу № 12-048 проводятся следственные мероприятия. Позвонила своему следователю в Старопромысловскую прокуратуру. Он сказал: "Возьми отписку и приезжай" и 29 марта меня принял. Я спросила работника юстиции: "Что прокуратура сделала за семь лет и один месяц расследования?". Следователь ответил, что мероприятия, которые они проводят, заключаются в том, что они пишут запросы, например в Москву, и ждут ответа. Я поругалась с ним, обвинив в плохой работе, и заявила, что пойду к Кадырову. На это юрист заметил, что Кадыров ничего не сможет сделать и лучше идти к Путину", - рассказывает о своем общении с российской правоохранительной системой жительница Чечни.

Как сообщал ранее "Кавказский узел", ведущая международная правозащитная организация "("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу)", по инициативе которой и была создана "Правовая инициатива по России", назвала широко распространенные в Чечне насильственные исчезновения преступлением против человечности. В большинстве таких случаев, имеются явные признаки участия в них представителей федеральных и местных сил безопасности.

ЕСПЧ ранее уже признавал российские власти виновными в исчезновениях людей в Чечне в делах Базоркина против России и Имакаева против России.

Напомним, что 2 марта 2000 года бойцы Сергиево-Посадского и Подольского ОМОНа начали стрелять друг в друга в деревне Подгорное в Чечне. В результате 22 сотрудника милиции было убито, 54 ранено. После перестрелки подразделения ОМОН начали "зачистку" в селе, в ходе которой было задержано более 50 человек. Среди этих задержанных был и Шахид Байсаев.