Лиана Кварчелия: у Грузии нет аргументов против независимости Абхазии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

У Грузии нет аргументов против того, чтобы Абхазия строила свое независимое государство, считает политолог, содиректор Центра гуманитарных программ Лиана Кварчелия. В официальном комментарии, переданном Лианой Кварчелия корреспонденту "Кавказского узла" отмечается, что "действия, предпринимаемые сегодня грузинским руководством, вполне логично вписываются в его стратегию решать конфликты с Абхазией и Южной Осетией исключительно на условиях Грузии". А это означает, по мнению Кварчелия, что Грузия избрала силовой путь решения конфликтов.

"Понятно, что, даже имея беспрецедентную поддержку со стороны Запада, в первую очередь США, грузинские власти должны придерживаться неких правил игры. Поэтому риторика о восстановлении территориальной целостности любой ценой перемежается с риторикой о приверженности мирным переговорам. Объявленная борьба с криминальными структурами сама по себе не новое и вполне оправданное явление в Грузии. Но борьба с Эмзаром Квициани и его сторонниками на территории Абхазии, неконтролируемой абхазскими властями, более того замена Квициани на структуры так называемого "легитимного правительства в изгнании" - это новый тактический ход грузинских властей. То, что основная цель Грузии, во всяком случае, в Кодорском ущелье, вовсе не борьба с криминалитетом, явствует хотя бы из того, что Грузия сама очень долго сопротивлялась настойчивым требованиям Абхазии демилитаризовать Кодорское ущелье. Абхазия тщетно требовала строгого соблюдения Московского Соглашения от 14 марта 1994, воздерживаясь от силовой операции по разоружению находившихся в ущелье отрядов, которые Грузия, в свою очередь, снабжала вооружением и называла всего лишь "силами самообороны". Грузия явно не была заинтересована ни в демилитаризации, ни, соответственно, в международном мониторинге Кодорского ущелья, которое она рассматривала как плацдарм для дестабилизации ситуации и, в конце концов, для начала операции по восстановлению так называемой "территориальной целостности Грузии". Если бы Квициани не было, его надо было бы придумать, и придумали его, очевидно, силовые структуры Грузии", - отмечается в комментарии.

Политолог считает, что "время для проведения операции было выбрано не случайно, и наблюдатели в этом смысле отмечают разные мотивы, которыми могли руководствоваться грузинские власти". "Ситуация на Ближнем Востоке приковывает внимание всего международного сообщества. Поэтому у многих есть соблазн воспользоваться моментом и под шумок попытаться решить свои собственные проблемы", - считает Кварчелия.

В поддержку своей точки зрения Кварчелия приводит ряд тезисов:

• Через пару месяцев Кодорское ущелье будет недоступно из-за погодных условий, поэтому операцию надо завершить до осени.
• Напряженная обстановка вокруг Абхазии может сорвать курортный сезон.
• Перспектива признания Косово висит над Грузией как домоклов меч. Поэтому надо создать свой альтернативный прецедент.
• Для вступления в НАТО, а в перспективе в ЕС, Грузии надо урегулировать конфликты и продемонстрировать эффективность власти, которую, впрочем, молодые грузинские руководители понимают исключительно как эффективность силы.
• Осенью грядут выборы в органы местного самоуправления, а в Грузии уже стало традицией строить свою предвыборную PR-кампанию на воинственных националистических призывах и обещаниях "вернуть потерянные земли".

"Сегодня Грузия лишь пробует силы, испытывает Абхазию на прочность, пытаясь проверить, сколько она сможет "проглотить". Поэтому для "победоносной" операции выбран сванский анклав на территории Абхазии, где нет нелояльного грузинскому государству населения", - отмечает политолог.

Опасную позицию, по словам Лианы Кварчелия, "занимает международное сообщество, которое вольно или невольно подыгрывает нынешним грузинским властям". "Грузинский парламент принимает Постановление о необходимости прекращения миротворческой операции КСПМ и замены российских миротворческих сил на международную полицию. Окруашвили говорит о выводе миротворцев как уже решенном вопросе, а г-жа Тальявини под занавес своего пребывания на посту специального представителя Генсека ООН говорит о необходимости введения международной полиции в Абхазию, правда пока только в Гальский район. Но при этом она делает очень важное пояснение, которое становится ключевым в раскрутке грузинскими властями Кодорской кампании: бывший спецпредставитель утверждает, что существующие угрозы безопасности носят, якобы, не военный, а криминальный характер".

"В заявлении Совета Европы от 24 июля также делается упор на необходимость скорейшего введения международных полицейских сил в Абхазию. Ну а Грузия берет на вооружение тезис о борьбе с криминалитетом. Однако заявление председателя комитета по обороне и безопасности парламента Грузии Гиви Таргамадзе о том, что спецоперация в Кодорском ущелье означает начало процесса восстановления территориальной целостности Грузии, и что Кодорское ущелье - это стратегически важный плацдарм в пяти минутах лета от Сухуми, уже не оставляет шанса сделать вид, что военной угрозы безопасности в регионе нет. Последовавшее в завершение операции заявление Саакашвили лишь подтвердило, что главная цель властей - подготовить плацдарм для дальнейшего продвижения в Абхазию. Передислокация же "автономщиков" в Кодорское ущелье и заявление о том, что именно они являются "легитимной властью" в Абхазии, сводит смысл переговоров с властями Абхазии к нулю. Уверения Саакашвили в том, что Грузия продолжит мирный процесс, когда она из него фактически вышла, не спасают положения. Тревожным сигналом для международного сообщества должно было стать то, что грузинская сторона в начале лета отказалась обсуждать абхазский план мирного урегулирования. В ответ на предложения абхазской стороны ("Ключ к будущему"), которые некоторые политологи в самой Грузии расценили как хорошую основу, содержащую новые для переговорного процесса элементы, грузинское руководство поспешило отреагировать явно рассчитанными на провал переговоров предложениями. Незаинтересованность Грузии в серьезном разговоре о мирном, политическом урегулировании конфликта подтверждается действиями Грузии в Кодорском ущелье", - отмечается в документе.

Чем отзовется эхо Кодорского ущелья в самой Грузии, нам предстоит увидеть в ближайшее время, - подчеркнула Кварчелия. - Уже можно сказать, что начинается "охота на ведьм", и что могут быть расправы над оппозиционными силами, в том числе, над бывшими соратниками Саакашвили по революции. Если эта опасная тенденция к тому же получит интеллектуальное прикрытие от таких известных политологов, как Давид Дарчиашвили и Гия Нодия, видящих в кодорских событиях только проблемы модернизации управления в Грузии и, в частности, отсутствие институционального управления в ущелье, то остановить откат Грузии от процессов демократизации будет крайне сложно.

Что касается переговорного процесса, то по мнению абхазского политолога, "Грузии содержательный диалог не нужен, потому что у нее нет аргументов против того, чтобы Абхазия строила свое независимое государство. А в отсутствие таковых вопреки здравому смыслу она будет искать очередной подходящий момент для силового решения".