Новое правительство Армении. Кадровый состав, рейтинг и взаимосвязи

Чуть более недели прошло с тех пор, как Никол Пашинян назначил новое правительство Армении. Пока еще рано оценивать результаты их деятельности. Но сейчас можно оценить, каков кадровый состав правительства и какой линии оно будет придерживаться в будущем.

Для начала хотел бы попросить у читателей прощения за долгое отсутствие – у меня испортился компьютер и из-за этого публиковать новые записи не получалось, хотя темы были, причем не только связанные с Арменией.

Состав правительства

Поговорим о логике кадровых назначений. Правительство состоит из трех, примерно равных частей. Первая часть – это кадровые бюрократы, технократы, в общем, довольно квалифицированные специалисты, которые работают в той или иной сфере уже очень давно. Вторая часть – это политические назначенцы от партии премьера Пашиняна «Гражданский договор», в первую очередь речь идет о вице-премьерах, а также ряде прочих министров. Наконец, есть еще одна группа политических назначенцев – это коалиционные партнеры Пашиняна. В частности, представители других партий из блока «Елк», а также представители «Процветающей Армении» и АРФ «Дашнакцутюн».

Таблица 1. Правительство в расширенном составе – биографии[1]

(примечания перенесены наверх, чтобы таблица была лучше видна)

* Политическая или бюрократическая элита – в данном случае позиция члена парламента, а также совета старейшин Еревана; министра правительства, а также начиная с главы отдела в министерстве или приравненном ведомстве (Центральный Банк, Служба национальной безопасности, Полиция РА, президентская администрация, аппарат правительства) или заместителя агентства при министерстве (коих несколько десятков) или главы государственной некоммерческой организации (ПОАК), а также помощники президента и премьер-министра. Также, глава городского муниципалитета, глава или замглавы губернской администрации, а также посол. Стаж указывается в годах

** ЕГУ – Ереванский государственный университет, НАН РА – Национальная академия наук РА, МГУ – Московский государственный университет, РАУ – Российско-армянский (Славянский) университет. В случае западных университетов за исключением самых крупных – отмечается город.

*** - оценочная категоря, оценка автора

.

.

.

Логика назначений в правительстве

Итак, я разделил правительство на три категории – политических назначенцев, партнеров новой власти по коалиции и технократов. Условные «политики» или «партнеры по коалиции» на самом деле тоже могут быть технократами, а «технократы» тоже могут быть назначены по политическим причинам, но здесь важнее всего принцип назначения.

Говоря о технократе, мы подразумеваем, что на данную позицию подбирался человек, который является специалистом отрасли, причем как изнутри власти, имеющий большой бюрократический опыт, так и извне – имеющий опыт в бизнесе или общественных, а также международных структурах. Но стоит учитывать, что данный выбор всегда так или иначе ограничен – речь не идет о том, что производился конкурс в масштабах всей страны. Выбор ограничен политической и личной лояльностью, какой-то степенью знакомства, возрастом, принадлежностью к определенному социальному кругу и так далее.

Говоря о политических назначенцах, я имею в виду, что речь идет о политической опоре самого Никола Пашиняна, тех людях, которые будут его сторонниками в правительстве – в частности – представители партии «Гражданский договор» или прошедшие по ее «квоте» в правительство. К примеру, Лилит Макунц, судя по всему, не является членом партии «Гражданский договор», но прошла от этой партии, а значит, будет представлять ее в правительстве и в сфере, которой будет руководить. Среди представителей партии «Гражданский договор» технократов нет.

Наконец, понятно, о чем мы говорим, имея в виду коалиционных партнеров «Гражданского договора». Эти люди точно так же могут не быть членами соответствующих партий (как в случае некоторых представителей ППА), но, как я понимаю, приветствовалось то, чтобы и они были технократами. В частности, представители от блока «Елк», а также «Дашнакцутюн» скорее могут быть отнесены к технократам, наряду с их коалиционным статусом.

В списке, представленном выше, 26 фамилий. Из них 8 относятся к категории «политические назначенцы», 8 – «коалиционные партнеры», 10 – «технократы». В той же мере, в какой это деление является условным, оно является и достаточно стройным, поскольку представители каждой категории разделяются по способу кооптации достаточно четко. Те же технократы из рядов коалиционных партнеров по временному правительству, на самом деле, все равно назначены в виду своего политического бэкграунда. Точно так же как ряд технократов прошлого правительства не был назначен по тем же причинам, причем, судя по всему, в случае Вигена Саргсяна и Ваче Габриеляна, это было обусловлено их собственным (а также партийным решением), поскольку отмечалось, что Пашинян приглашал их в новое правительство (что еще следует проверить). В конце концов, не все технократы являются специалистами высшего уровня, к примеру, можно привести Арсена Торосяна, которого сложно считать бесспорной кандидатурой.

Как отмечают многие аналитики, команда Пашиняна в новом правительстве – «комиссары» (или же миссионеры[7]), плюс, есть специалисты, которые должны сохранять устойчивость управления и стабильность государства, в особенности в сфере экономики.

Логика назначений в правительстве во многом сохранила прежнюю структуру по своему наполнению. В книге “War, Business and Politics. Informal networks and formal institutions”, мы писали о том, что 20 лет назад система управления испытала определенную эволюцию, в результате которой был определен круг сфер, в которых считалось важным привлечение профессионалов/технократов к работе, в то время как в остальных случаях применялись политические назначения. Политические назначения подразделялись на два типа: раздел должностей с коалиционными партнерами, как мы видим и в этот раз – и раздача должностей представителям собственной команды[8].

Однако если в данном случае мы имеем дело с небольшой политической группой активистов – молодых политиков, то в начале 2000-ых, да и нередко в 2010-ых гг. это имело неопатриомниальную природу. Политические назначения изнутри собственной команды предполагали участие представителей мощных патрон-клиентских сетей на тех или иных должностях. Они также могли быть представителями патрон-клиентской сети самого президента, к примеру, Кочаряна или Саргсяна, но чаще всего являлись представителями крупного бизнеса или мощных элитных группировок. Бренд РПА в этом случае был очень условным. Не будем забывать, что эти должности предполагали достаточно широкое присутствие коррупционных механизмов, именно поэтому они были завязаны на неформальные механизмы и присутствие под брендом РПА такого рода людей «тянуло» весь бренд на дно.

Трансформация этого происходила в период Сержа Саргсяна, в особенности, в последние два года, когда РПА все больше структурировалась. Она, правда, скорее превращалась в зонтичную структуру бюрократии и аффилированного с государством бизнеса, а не собственно в партию, но вышеописанное довольно часто тоже является формой партии, это не армянское ноу-хау.

Что же касается политической группы Никола Пашиняна, то она немногочисленна и потому почти весь ресурс использован в правительстве, к тому же она объединена в том или ином виде революционным прошлым. В этом смысле она намного больше похожа на группу, пришедшую к власти в 1990 году под брендом АОД/Карабахского комитета. Та группа почти исключительно была политической. В ней были ученые, образованные люди – но и в этой группе такие есть. В той группе не было разделения на посты, требующие компетенции – и посты, не требующие профессиональной компетенции. Большая часть правительства была образована политическими назначенцами. Конечно, среднее и низшее звено государственного аппарата осталось на месте, но наверху изменения были серьезными.

На данный момент, однако, присутствие профессионалов в правительстве гораздо шире, чем было в 1990-1996 гг., что хорошо с точки зрения устойчивости государственных институтов, но непонятно насколько долго это положение будет продолжаться. В частности, сохранится ли оно после внеочередных парламентских выборов. То обстоятельство, что существует несколько постов вице-премьера, позволяет новой власти иметь люфт в этом отношении – наиболее важные политические назначенцы получают именно эту должность – и в данном случае она играет более органичную роль, чем предполагалась в правительстве Сержа Саргсяна, когда в модель было заложено, что есть правительство во главе с Кареном Карапетяном – и есть его политическая «крыша» - Серж Саргсян. В данном случае глава правительства и глава политической силы – один и тот же человек.

Рейтинги членов правительства

В прессе уже писалось о том, что новое правительство принято «скопом» и, соответственно, далеко не факт, что понравится обществу. В частности, изначальный выбор народа, на котором сыграла оппозиция, состоял в отстранении от власти, затем речь зашла о приходе к власти Никола Пашиняна, что на данный момент воспринимается обществом позитивно[9], но его команда-то и вовсе может быть как «кот в мешке». Здесь есть определенные вопросы – в частности, часть команды участвовала в акциях протеста. Но во многом это так и есть.

Один из сайтов провел онлайн-опрос, где пытались выяснить мнение опрашиваемых о тех или иных министрах нового правительства. Поскольку в данном случае в опросе были представлены только члены правительства в узком смысле слова, то речь идет только о министрах и вице-премьерах. Мы знаем ограничения метода онлайн-опросов на примере Армении. Однако учитывая то, что все последние годы уровень интернетизации резко рос (равно как и сама надежность метода онлайн-опроса). В то же время, если в прошлые годы общественное мнение не имело преломления в политике, а значит «активно выраженное» и «пассивно выражаемое» общественное мнение очень сильно расходились[10], то сейчас, с активизацией публичной политики, это не так и общественное мнение, выраженное в интернете может быть более точным методом измерения.

Таблица 2. Результаты онлайн-опроса о членах нового правительства[11]

* Первая цифра – очень хорошее отношение, вторая – хорошее, третья – нормальное, четвертая – плохое, пятая – очень плохое, в %

** Рейтинг – произведение среднего балла и числа поданных голосов (/1000), чтобы учитывать как средний поданный голос, так и число поданных голосов

То же самое можно представить в графическом виде для наглядности. Так действительно гораздо лучше видно. В особенности бросается в глаза тот факт, что коалиционные партнеры из «Процветающей Армении» и АРФД имеют самые низкие рейтинги на данный момент. Впрочем, здесь можно ожидать в будущем снижения некоторых рейтингов у тех, у кого рейтинги очень высоки, но не роста рейтингов указанных партий, как мне кажется. Наоборот, включением в это правительство они уже рейтинги повысили и этот ресурс уже исчерпан, поскольку с нынешнего высочайшего уровня рейтинг правительства будет идти только вниз; вопрос – с какой скоростью.

График 1. Рейтинги членов правительства, на середину мая 2018 г.

Наконец, может возникнуть еще один вопрос - учитывая высокие рейтинги представителей "Елка", почему они указаны отдельно от "Гражданского договора", ведь "ГД" является частью "Елка". На мой взгляд, тут никакой загвоздки нет. Учитывая, что у "Елка" суммарно кадровый ресурс есть, тогда как у "Гражданского договора" скамейка запасных очень короткая, мы должны были бы ожидать большее число политиков из "Светлой Армении" и "Республики" во власти, по сравнению с тем, что получилось в действительности. Напротив, некоторые неопытные и совсем молодые, не показавшие себя даже на акциях протеста, представители "Гражданского договора" не должны были бы в таком случае попасть в правительство - а в лучшем случае - в парламент. В действительности, как мы видим, ситуация совершенно не такова.

По факту есть один прототип новой партии власти - это "Гражданский договор", тогда как остальные партии "Елка" в новом правительстве могут претендовать лишь на роль младшего коалиционного партнера. После же выборов - опять либо в коалиции - либо в оппозиции, но не на равных с властью - и не частью ее. Это важно понимать.