Несколько штрихов на тему арцахского кризиса

Накину пару штрихов из беседы с моим другом Грачья Арзуманяном, прежде чем закрыть тему арцахского кризиса последних дней. 

1. Это был стихийный социальный протест, за которым не стояли никакие внешние или внутренние политические силы. Хотя главными организаторами протеста оказались молодые ребята-спортсмены, а не общественные или политические деятели, им удалось удержать ситуацию и избежать искусственной политизации процесса, хотя такие попытки начали предприниматься уже на второй день как внутренними, так и внешними по отношению к Армении силами. Это было явственно видно – во всяком случае для меня. 
Сказанное означает, что арцахское армянство сохраняет высокий потенциал самоорганизации, когда обыкновенные парни, пользующиеся авторитетом и уважением в Степанакерте, оказываются в состоянии инициировать сдвиги в обществе, политической системе в рамках прямой демократической гражданской инициативы.

2. Почему в условиях кризиса сработали личности и народ, а не те же институты представительной власти, которые обязаны представлять и защищать интересы общества и формировать исполнительную и судебную власть - важный вопрос, но ответы на него общие для армянской государственности, так как болезнь одна и та же. Пока что можно констатировать: армянские парламенты, это мертвые организации, и чем быстрее мы избавимся от нынешнего созыва, тем лучше. Да, есть несколько живых депутатов, но они лишь подчеркивают и оттеняют омертвелость подавляющего большинства.

3. Президент Арцаха, в отличие от президента РА, оказался в состоянии пойти на диалог с представителями протеста, хотя это, повторюсь, больше функции парламента, но не смог быстро выработать и принять решение, позволяющее снять кризис, перевести его в институциональное русло. Однако поведение исполнительной власти, честно говоря, меня не очень волнует, так как в Арцахе уже второй год переходный период. 
Возможно армянская общественность как-то позабыла, но это третий срок Бако Саакяна, избранного президентом парламентом Арцаха, а не общенародным голосованием. Он президент переходного периода и уйдет после всенародных выборов уже нового президента. Это новому президенту и его команде придется решать все те проблемы, которые присутствуют в Арцахе. Все, что может сделать Бако Саакян, это начать работу по реформированию Арцаха уже сегодня, тем самым облегчив задачи будущему президенту. И он обещал обществу, армянскому народу в целом, что пойдет по этому пути и у нас не причин сомневаться в его словах.

4. Сказанное выше означает, что социальный протест послужил триггером, запустившим процесс парламентских и президентских выборов в Арцахе, вне зависимости от того, состоятся ли они в срок или будет перенос. Старт должен был состояться позже, но процессы в Республике Армении, а затем и в Степанакерте ломают график. И думаю именно на улицах Степанакерта в эти дни начал проявляться будущий президент Арцаха и это будет человек нового поколения. Сказанное касается и депутатов будущего нового парламента. Посмотрим через некоторое время, обманывает ли меня моя интуиция.

5. Функции гаранта по обязательствам арцахской власти, а также безопасности взяла на себя Республика Армения в лице народного премьера. Причем интересным с технологической точки зрения является обращение Никола Пашиняна непосредственно к участникам протеста, минуя институциональные механизмы, которые потеряли доверие общества и оказались парализованы. Работали нестандартные, чрезвычайны каналы коммуникации, оперирующие через социальные сети. 

6. Для разрешения кризиса были привлечены личные гарантии общеармянского политика, которые были доведены до протестующих и армянства в целом через Сеть, а не государственные каналы. За первый час ролик в Сети посмотрели уже свыше 250 000 человек. Это крайне тревожная и уязвимая ситуация, когда столько ответственности оказывается на одних плечах, которое к тому же вынуждено прибегать к сетевым каналам коммуникации с народом. Где армянская государственность, ее институты, если во время кризиса работает лидер и Сеть? 
Такой лидер становится наиболее уязвимым элементом системы НБ Армении и его надо беречь как зеницу ока, при этом не лишая его каналы прямой связи с народом. Крайне сложная задача, уверен, лишающая сна лиц, по службе отвечающих за безопасность премьер-министра. Получается самыми важными людьми в Армении сегодня является Никол Пашинян и офицеры СНБ, обеспечивающие его безопасность. Будущее Армении в значительной степени зависит от этой команды и для меня это неприемлемо, если честно. Чересчур большая ответственность, которую правильнее разделить и переложить на институты. Институт Президента РА становится на ноги, надо отметить, но это тоже пока что заслуга личности, а не института – тоже уязвимая ситуация.

7. Все вышесказанное есть плюсы и положительные моменты кризиса. Есть и отрицательные, по большей части, локальные. В первую очередь, это тот факт, что крайне ограниченное число лиц моего возраста и моего поколения рванулись к молодежи на улице, чтобы помочь им удержать ситуацию, правильно ее оценить и не сделать фатальных ошибок. Оказалось, крайне мало людей, способных на гражданский поступок и поведение. Об этом открыто говорили и лидеры протестов, призывали мое поколение присоединиться, стать рядом, но призывы зависли в воздухе. И это надо признать и зафиксировать. 

8. Я очень бы хотел узнать имена тех «деятелей», которые «сочинили» идею альтернативного митинга, создав на несколько часов угрозу раскола в арцахском обществе. Кто придумал инициативу? Кто автор? Народ должен знать не только своих героев. 
Надо сказать, что угроза была чисто гипотетической, и ребята основного «нижнего» митинга весело рассмеялись и практически мгновенно родился лозунг, что мы один народ и братья – участники «верхнего» и «нижнего» митингов. И это действительно было так, но авторы «верхнего» митинга на площади Возрождения поставили на противопоставление одной части арцахкого общества другому, поставили на разрыв общества, находящегося в состоянии войны. 
Общество пожало плечами и рассмеялось, но в следующий раз оно вполне может дать и другой ответ, прибегнув к другим, более убедительным аргументам с применением автоматических машинок кройки и шитья военно-политических процессов. Начать говорить с организаторами такого рода инициатив на другом языке. В дни начинающейся бархатной революции Глеб Павловский использовал метафору Армении как страны вооруженного народа. Арцахская часть армянского народа не только вооружена, но практически вся имеет боевой опыт или опыт военной службы. Авторы инициативы похоже об этом позабыли или просто не местные и не служившие, - работающие по методичкам.

P.S. Были и другие пункты еще вчера вечером, но, наверное, вот столько, так как текст дается с трудом.