"Пусть молодая невеста будет такой же белой, как накинутый на нее белый шарф". О покрывале невесты

Свадебное покрывало невесты (условно, аналог фаты) – одна из интересных и семантически насыщенных деталей девичьего свадебного наряда,  манипуляции с ней и прежде всего – ритуальное снятие покрывала – существовали почти у всех народов Кавказа.

Как известно, в традиции черкесов и осетин, азербайджанцев и карачаевцев, даргинцев и грузин Мегрелии невестка приходила в дом жениха с покрытой головой. Иногда – с закрытым лицом.  До «большой свадьбы» невеста находилась в своей комнате (домике) и встречала гостей, зашедших ее поздравить, только с покрытой головой.

Покрывало снималось в ходе церемонии, совершавшейся в доме родителей жениха. Снять покрывало поручалось особо избранному лицу, и часто "сниматель" пользовался кинжалом, шашкой или стрелой.

 У черкесов обряд снятия покрывала назывался хъытех (хьы — 'сетка', техын — 'снимать'). Сни­мание платка осуществлялось стрелою, и тот, кто совершал опера­цию, именовался «снимателем» (хъытех). Это считалось  почетным, ответственным, но в то же время и опас­ным делом. Выбрать кандидатуру хъытех было непросто - родственники жениха иногда специально ходили по аулу, долго улаживали вопрос с родителями того или иного молодого человека или девушки, выбранной ими для этой почетной обязанности.  

Девушка или женщина-хъытех снимала платок с головы невесты при помощи стрелы и по возможности быстро. Мужчины для той же цели использовали обнаженные кинжал или саблю, на острие которых моздокские кабардинцы иногда насаживали ломоть хлеба или кусок чего-нибудь съестного. Этнографические описания черкесов кон­ца XIX в.- начала ХХ века содержат информацию, согласно которой в Кабарде покрывало с невесты снимала одна из девушек, находившаяся при ней в доме родителей жениха, за что и получала его в подарок после свадьбы. В роли «откры­вателей» лица невесты при знакомстве и одаривании последней гос­тями могли выступать участвовавшие в торжестве женщины, старухи; обычно они снимали покрывало рукой.  У шапсугов, одной из черкесских субэтнических групп, шарф с невесты снимала свекровь.  Известный этнограф М.Меретуков в своей книге писал:

«Когда невесту вводили в комнату, свекровь осыпала ее сухариками, орехами и мелкими монетами. Затем набрасывала на нее белый шарф, и какая-нибудь старуха из присутствующих произносила молитву – пожелание: «Пусть с приходом невесты с дом новобрачного будут связаны счастье и радость. Пусть молодая невеста будет такой же белой, как накинутый на нее белый шарф. Пусть она и муж ее долго живу вместе». Свекровь снимала с невесты шарф концом ножниц или ножа, вешала на дверной косяк и трижды трясла дверью».

Возможно, так выглядела черкесская невеста в начале ХХ века.

А так - невесты в Дагестане в конце XIX-начала Ххв. 

У абхазов при знакомстве и одаривании невесты гостями в брачном домике  тонкую кисею с ее лица приподнимала одна из подружек либо дочь кормилицы. Через  7—14 дней после свадьбы проводился обряд «ввода невесты в большой дом», где покрывало невесты снимал товарищ жениха с помощью кинжала (позднее он становился как бы близким родственником молодой четы). В это же время старший мужчина дома благословлял невесту и обращался с молитвой к покровителю дома с просьбой ниспослать молодой много детей.

У карачаевцев и балкарцев обряд «снятия шали» совершался при вводе невесты в дом родителей жениха, либо через несколько дней по завершении свадебного пи­ра, когда новобрачный устраивал угощение для женской части аула. Открывал лицо невесты доверенный жениха — при­ятель или родственник, используя кинжал, рукоять плетки, «палку, обмотанную с конца шелковою материею», либо просто рукой, обя­зательно правой — приносящей счастье. Исполнивший этот обряд становился родственником новобрачных». Шаль, снятую с молодой, он мог бросить на стоявших рядом девушек. После этого гостям и родственникам демонстрировали приданое невесты, а сама она получала право участвовать в хозяйственной жизни семьи.  

У осетин невесту накрывали шалью при вводе в дом жениха и после размещения ее в углу особой комнаты. С этого момента молодая свободно общалась только с ша­фером (къухылхæцæг, назначался из числа родственников и друзей жениха). Шафер производил обряд приобщения невесты к очагу ее нового дома, сводил ее со свекровью. Последняя ожидала жену сына с чашкой, наполненной медом и маслом. Невестка и свекровь уго­щали друг друга данной смесью, при этом шафер немного припод­нимал завесу с лица девушки.

В 1930-40-ее годы стали проводиться кампании за новые свадьбы, в которых не было бы места свадебному покрывалу невесты.

Пресса тех лет (например, «Социалистическая Осетия», 16 мая 1940 г.) предлагала новую модель свадьбы: «Мы за свадьбу, но по совести, с равноправием, чтобы невеста не стояла в углу как монумент, а чтобы она веселилась, танцевала, пела, играла, как и все…».

Что стало с «покрывалом невесты» на Северном Кавказе в 1960-1970-е, почему оно по большому счету никогда не уходило из свадебного наряда, а сегодня возвращается (или нет?) в современных и модных вариантах – читайте дальше…