Бесланцы нацелили прокуратуру на танки и огнеметы

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Вчера в здании прокуратуры Правобережного района Северной Осетии пострадавшие в результате бесланского теракта передали представителям следственной группы найденные после штурма тубусы от гранатомета и огнемета, а также гильзы от танковых снарядов. Потерпевшие добиваются, чтобы прокуратура выяснила, оправдано ли было применение тяжелого оружия при штурме школы, в которой находились заложники.

Передачу находок планировалось произвести в помещении общественного совета родственников пострадавших, однако прибывший из Москвы член парламентской комиссии по расследованию теракта Эрик Бугулов настоял на том, чтобы все вещдоки были перенесены в прокуратуру.

- Вы хотите шоу или реальных действий,- спросил господин Бугулов у пострадавших и собравшихся корреспондентов.- Если второе, то давайте пройдем в прокуратуру и вместе составим все необходимые протоколы.

Журналисты подняли уже разложенные на столе тубусы от гранатомета и огнемета, один из пострадавших понес коробку с тремя гильзами от танковых снарядов.

- Понимаешь, это ведь не первые тубусы,- по пути говорил корреспонденту Ъ Руслан Тебиев, потерявший в 1-й школе жену и зятя.- Сразу же после штурма возле пятиэтажек, где стояли военные, мы нашли несколько таких же. Принесли их в комиссию, а они их передали прокуратуре. Мы не против, но потом нам сказали, что они (вещдоки.-Ъ) потерялись, а номера записали неправильно. То есть невозможно определить, кто стрелял и по чьему приказу, ведь в Женевской конвенции, кажется, прописано, что в мирное время нельзя использовать огнеметы. А из них стреляли по детям.

- Теперь жители Беслана хотят передать тубусы прокуратуре, но уже в присутствии члена парламентской комиссии,- добавила одна из журналисток Ольга Боброва.- Они не доверяют прокуратуре, а комиссии доверяют.

В прокуратуре Пригородного района пришедших встретили руководитель следственной группы по расследованию бесланского теракта Константин Криворотов и руководитель пресс-службы Северо-Кавказского управления Генпрокуратуры Сергей Прокопов.

Все прошли в кабинет господина Криворотова, от чего там сразу стало тесно и душно.

- Выйдите все, кроме того, кто обнаружил все это,- обратился к присутствующим Сергей Прокопов.- Надо составить протокол изъятия. Это делается без присутствия посторонних.

После двадцатиминутных пререканий было решено оставить в кабинете людей, нашедших вещдоки, а также оператора местного телеканала "Классика" и журналистку.

Когда следователь закончил составлять протокол, кабинет снова заполнился людьми. Появился эксперт прокуратуры.

- Это тубусы от огнемета "Шмель" и ручного противотанкового гранатомета "Муха",- пояснил эксперт.- От чего гильзы, пока трудно сказать, но, скорее всего, это танк стрелял.

Сергей Прокопов в это время общался с потерпевшими.

- Зал (спортзал, где находились большинство заложников.-Ъ) не мог загореться от выстрела огнемета,- объяснял господин Прокопов.- Заряд срабатывает в течение доли секунды и не может ничего поджечь. Он просто создает вакуум...

- Хорошо, а почему тогда танки стреляли? - спрашивали его родственники.

- Они начали работать тогда, когда в школе не осталось ни одного живого заложника,- парировал господин Прокопов.

- А откуда вы узнали, что больше нет живых?

Этот вопрос остался без ответа.

Когда страсти немного улеглись, к журналистам вышел замгенпрокурора по Южному федеральному округу Николай Шепель.

- Все вещи, которые сегодня принесли потерпевшие, будут приобщены к уголовному делу,- заявил он.- У нас уже есть девять таких тубусов, мы выяснили их происхождение, сейчас идет работа над выяснением целесообразности использования этого вооружения. Это будет установлено в ходе ситуационной экспертизы, которая сейчас проводится.

Заур Фарниев

Опубликовано 5 апреля 2005 года