Дело об убийстве Тиграна Нагдаляна: приговор оглашен

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

18 ноября суд первой инстанции общин Центр и Норк-Мараш Еревана огласил приговор по делу об убийстве председателя Совета Общественной телерадиокомпании Тиграна Нагдаляна. Известный 36-летний журналист был застрелен вечером 28 декабря 2002 в подъезде родительского дома в Ереване. Вечером 5 марта 2003 - после завершения голосования по выборам президента Армении - правоохранительные органы сообщили о раскрытии этого преступления.

Судебное разбирательство началось 29 июля и окончилось через неполных четыре месяца. Вина всех 13 проходящих по делу подсудимых была признана судом доказанной. Определенные в их отношении меры наказания в большинстве своем совпали с требованиями стороны обвинения.

Предприниматель Армен Саркисян был признан заказчиком убийства с отягчающими обстоятельствами, совершенного из корыстных побуждений и в связи с исполнением потерпевшим своего служебного и общественного долга. Армена Саркисяна приговорили к 15 годам лишения свободы. Такой же срок был определен убийце журналиста Джону Арутюняну. Другой соучастник убийства Феликс Арустамян был осужден на 12 лет лишения свободы, а организатор преступления Гегам Шахбазян - на 11 лет. Хотя две другие ключевые фигуры этого преступления Ованнес Арутюнян и Григор Петросян также были признаны соучастниками убийства, за оказанное ими содействие следствию мера наказания в их отношении была смягчена - по 7 лет лишения свободы.

Самвел Арутюнян и Самвел Абрамян были осуждены на 1 год лишения свободы за сокрытие преступления и незаконное хранение оружия. За сокрытие преступления и также на 1 год были приговорены Лева Арутюнян и Хачик Ахагинян. Все четверо были освобождены из зала суда в связи с истечением срока наказания (день предварительного заключения равен полутора дням содержания под стражей). Трое других подсудимых Ншан Мурадян и Рафик Мелконян (за сокрытие преступления), а также Армен Манасян (за незаконное хранение оружия), к которым была применена мера пресечения - подписка о невыезде, были осуждены на 1 год условно с отсрочкой исполнения приговора на 2 года.

Между тем, 24 ноября Политсовет оппозиционной партии "Республика" выступил с заявлением, в котором осуждение Армена Саркисяна (являющегося родным братом убитого во время теракта в парламенте 27 октября 1999 премьер-министра Армении Вазгена Саркисяна и Арама Саркисяна, члена Политсовета партии "Республика") было расценено как "сведение политических счетов" с семьей Вазгена Саркисяна. По мнению Политсовета "Республики", у Армена Саркисяна не было причин заказывать убийство Тиграна Нагдаляна прежде всего потому, что, будучи ключевым свидетелем по делу о теракте 27 октября, он мог своими показаниями способствовать выявлению важных обстоятельств этого преступления. Следовательно, считают заявители, убийство Нагдаляна надо рассматривать как устранение свидетелей по делу 27 октября. Таким образом, говорится в заявлении, дело об убийстве Тиграна Нагдаляна "полностью не раскрыто, истинные организаторы преступления, возможно и непосредственные исполнители, к ответственности не привлечены, правосудие не свершилось". Сам Арам Саркисян сказал, что намерен обжаловать вынесенное в отношении его брата решение суда в высших инстанциях.

Комментарий ЕПК: Расправа над нашим коллегой, руководителем одного из ведущих СМИ страны, одним из учредителей Ереванского пресс-клуба по сей день вызывает скорбь и чувство пустоты. В распространенном на следующий день после убийства Тиграна заявлении ЕПК говорилось, что "каким бы ни был мотив этого преступления, оно стало еще одним наглым вызовом нашему обществу и армянской журналистике в частности". Это убийство стало беспрецедентным в истории независимой армянской журналистики. Его раскрытие столь же беспрецедентно: на сегодняшний день это первый случай, когда были выявлены и наказаны виновные, совершившие насилие против журналистов. Хотя мнения разделились не только в обществе, но и в журналистском цеху: одни не сомневаются в справедливости наказания, другие говорят о политической расправе с неугодными. Нам же очень хотелось бы, чтобы трагедия, подобная этому убийству, так и осталась беспрецедентной. А раскрытие случаев насилия в отношении журналистов и СМИ (к сожалению, и в 2003 таковых было немало) стало нормой, а не исключением.