В тени. Две дискуссии о Чечне и правах человека в России

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Настоящее лицо России находится в тени. "Тот, кто понял, что происходит в Чечне, поймет также, что происходит в России в целом", - сказал на Франкфуртской книжной ярмарке Александр Черкасов из правозащитной организации ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу).

Это высказывание, в какой-то степени, подвело итог двух дискуссий, которые прошли в субботу и были посвящены войне на Кавказе и положению с соблюдением прав человека в России. В их проведении приняли участие, в частности, организация "Международная амнистия", издательство "Suhrkamp" и Фонд имени Белля.

Россия прилагает титанические усилия в попытке помешать пролить свет на то, что творится в Чечне. В республике, равной по площади Тюрингии, за последние девять лет было убито от 70 до 100 тысяч ни в чем не повинных людей, а тысячи пропали без вести. Западная общественность практически не уделяет этому внимания. Пытки и насилие - это чеченские будни.

Но российские средства массовой информации, в частности телевидение, находятся под государственным контролем. Иностранные журналисты могут попасть на Кавказ только во время групповых поездок, непосредственно организуемых Кремлем: "Нетрудно себе представить, что нам говорят чеченцы, когда мы выбираемся из русского танка", - рассказывает бывший корреспондент телеканала ZDF в Москве Анне Геллинек.

Однако, перекрыты еще не все пути для независимого расследования. Флориан Хассель, корреспондент газеты "Frankfurter Rundschau" в России и автор книги о Чечне, вышедшей в издательстве "Suhrkamp", наблюдал недавний фарс с выборами. Не 85% чеченского населения, как было официально объявлено, а едва одна треть приняла участие в голосовании за московскую марионетку Ахмада Кадырова. Желаемый результат обеспечили избирательные бюллетени, предусмотрительно положенные в урны с двойным дном.

Чему больше удивляться - дерзости этих политических методов или тому, что об этом можно узнать только на книжной ярмарке, вне ее основной программы, во время дискуссий, которым отведено слишком мало места?

Однако даже здесь не появилась законченная картина "войны в тени". Держит ли Путин в своих руках нити руководства второй чеченской войной, или она зависит от произвола придворных интриганов в Кремле и от "банд кадыровских убийц", как считает руководитель московского бюро Фонда имени Генриха Белля Йенс Зигерт?

Прав ли философ Михаил Рыклин, утверждая, что за религиозным конфликтом скрывается борьба двух элит, которые вышли из одной и той же шинели, а именно из Советской армии? Голос боевой журналистки Анны Политковской на этот раз услышать не удалось: она не приехала на ярмарку по личным обстоятельствам.

Очевидно, что Чечня - это территория, практически свободная от наказания за совершенные преступления. Права человека там не соблюдаются, особенно после 11 сентября 2001 года - в частности, потому, что западные политики осознанно не хотят этого замечать, утверждает Юрий Джибладзе, известный российский правозащитник. Правозащитные организации чувствуют себя одинокими в трудной ситуации, в которой Путин хочет использовать их в качестве фигового листка.

Все согласны с тем, что он намного искуснее своего предшественника: при Ельцине каждый мог говорить все, что угодно, пусть даже его никто не слышал. При Путине, напротив, многого не скажешь, однако кое-что бывает услышано. Во всяком случае, он создал комиссию при президенте по правам человека. Ее председатель Элла Памфилова играет новую роль на российской сцене превосходно: очаровательная и красноречивая, она ссылается на мелкие успехи в своей работе, обращает внимание на проблемы становления гражданского общества и хвалит президента.

Опубликовано 14 октября 2003 года