Юристы усомнились в перспективах Мирзализаде остаться в России

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Российские государственные органы объявляют иностранных граждан нежелательными персонами формально и безапелляционно, нарушая международное право, отметили опрошенные "Кавказским узлом" юристы. Комик Идрак Мирзализаде вправе обжаловать решение о пожизненном выдворении из страны, но перспективы такой тяжбы сомнительны, считают они.

Как сообщал "Кавказский узел", 30 августа МВД пожизненно запретило въезд в Россию гражданину Белоруссии, комику Идраку Мирзализаде. Этнический талыш Мирзализаде, который отбыл 10 дней административного ареста за шутку о ксенофобии, признан нежелательной персоной на территории России, сообщило ведомство. Коллеги комика Мирзализаде осудили решение запретить ему въезд в Россию.

Ранее Россия признавала нежелательными персонами множество людей, наиболее известные из последних случаев - это история с директором "Правовой инициативы"* Ванессой Коган и другой гражданкой США Дженифер Гаспар, работавшей в "Команде 29", рассказала корреспонденту "Кавказского узла" 1 сентября адвокат Надежда Ермолаева.

"Дженифер уезжала сама. С Ванессой Коган все было иначе. ЕСПЧ применил в ее случае Правило 39 и приостановил применение процедуры нежелательности и депортации в случае, если она сама не покинет территорию России. Потому, насколько мне известно, Ванесса оспаривает это решение. У нее в России семья и Правило 39 применено. В отношении истории с шуткой комика, я бы тоже оспаривала нежелательность, поскольку это не просто незаконно, но еще и демонстрирует отсутствие чувства юмора, что чаще всего является признаком отсутствия ума. В случае, если Мирзализаде является гражданином Белоруссии, подозреваю, что у него есть шутки и в отношении Лукашенко, и ему угрожает вполне реальная опасность и в Белоруссии, где сажают за слова. К тому же пытают и всяческим образом издеваются, потому нет совершенно никаких оснований подозревать, что для него эта нежелательность не обернется намного более жесткими последствиями", - сказала Ермолаева.

Случай с комиком Мирзализаде – один из десятков тысяч, заявил корреспонденту "Кавказского узла" адвокат Кирилл Коротеев.

"Не знаком с этим делом более, чем из новостей. Люди в России толпами признаются нежелательными иностранцами, потому это - один из десятков тысяч. Суд, в который поступит административный иск с оспариванием такого выдворения, может, но не обязан его приостановить", - сказал Коротеев.

Юрист привел в пример практику выдворения из России активистов за участие в акциях Навального. "Мне не известно, что ранее за шутку кого-то выдворяли. За демонстрацию поддержки Навального многих выдворяли из страны. В ЕСПЧ не один десяток [этих дел] были обжалованы", - сказал Коротеев, добавив, что ему данных о том, "вернулись ли они в Россию", - сказал Коротеев, добавив, что ему данных о том, «вернулись ли они в Россию», у него также нет.

Случаи обжалования решения о выдворении и возвращение в Россию были, рассказала корреспонденту "Кавказского узла" руководитель комитета "Гражданское содействие"* Светлана Ганнушкина. При этом правозащитница уточнила, что случаи касались дел, где у фигурантов в России оставалась семья.

"Случаев депортации на всю жизнь я не помню. Но депортации были, на 30 лет, что практически то же самое. У нас по соответствующему постановлению есть очень много организаций, которые могут признать лицо нежелательным. Когда это ФСБ - эти решения сложно оспаривать, потому что они даже не приходят на суды. Но и их решения оспаривались", - рассказала Ганнушкина.

Она считает непрозрачной саму процедуру принятия решений о нежелательности, поскольку зачастую основанием для таких решений являются очень спорные утверждения, противоречащие здравому смыслу. "Какое-то высказывание, как считается, грозит [безопасности]. У нас очень слабое государство, и его основы могут рухнуть за высказанные слова? И очень часто не понятно, почему к человеку привязались и считают, что он угрожает. У нас был человек, гражданин Азербайджана. Он преподавал уроки труда в школе. Ему не дают гражданство, утверждают, что он угрожает основам российского конституционного строя. Что это за строй? Это все напоминает историю со старухой у Плевако (российский адвокат Федор Плевако – прим. «Кавказского узла»). Была такая история, когда женщина, обнищавшая дворянка, украла чайник, и ее защищал Плевако в суде присяжных. И обвинение сказало, если уж дворянка украла чайник, то это угрожает устоям Российской империи. И Плевако ее защитил, сказав, что Россия устояла от монголо-татарского ига, от Наполеона, а теперь нас убеждают, что Российская империя не устоит от кражи чайника", - провела аналогию Ганнушкина.

Она отметила, что в подобных решениях зачастую отсутствует всякая логика. "Человек далек от политики, и вдруг он угрожает основам [государства]. Я спрашиваю человека, как вы думаете, почему? Он говорит, что там, откуда он приехал - Россия вообще безразлична, и он не может найти объяснения, почему? Вот такая логика, ее отсутствие в принимаемых решениях. И существует огромное количество всяких организаций, которые могут признать человека нежелательной персоной. Там около девяти разных структур", - заключила Ганнушкина.

Признание нежелательной персоной является прерогативой широкого спектра государственных структур по обширному перечню оснований, отметил партнер адвокатского бюро "Мусаев и партнеры", ведущий адвокат программы "Право на убежище" АНО Институт прав человека* Кирилл Жаринов.

"Это далеко не первый случай. Их множество. Подобные решения постоянно применяются в отношении людей, освобождаемых из мест лишения свободы. Но когда принимают решение о нежелательности в отношении человека, который никаких серьезных преступлений не совершил – это более редкий случай. Перечень оснований о признании лица нежелательным в РФ является колоссальным, как и перечень органов, которые могут принять такое решение. Начиная от Роспотребнадзора по основаниям, связанным с инфекционными заболеваниями, и заканчивая ФСБ, Службой внешней разведки по основаниям, связанным с вопросами безопасности. Причем, свобода усмотрения очень велика", - рассказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Он отметил, что практика признания нежелательными персонами регулируется статьей 25.10 ФЗ "О порядке выезда и въезда в РФ", которым регламентируется, в каких случаях принимаются решения о нежелательности, либо о запрете на въезд в РФ (статья 26-27 этого же закона). "По последствиям это одинаково, и следствием этого решения является обязанность гражданина покинуть территорию РФ в течение определенного для него срока. Если он этого не сделает, то он подлежит депортации. При этом срок, в течение которого иностранный гражданин обязан покинуть Россию после такого решения, четко не установлен. В законодательстве на этот счет нормы не слишком ясны, это трактуется разнообразно. Миграционными органами такой срок устанавливается в уведомлениях от нескольких дней до нескольких месяцев, а иногда такой срок не указывается. Уведомление иностранному гражданину вручается под роспись, после чего, в случае отсутствия срока, его незамедлительно депортируют за пределы РФ", - рассказал адвокат о практике правоприменения в России.

Решения о признании нежелательными персонами обжалуются в судах в соответствии с Кодексом об административном производстве РФ по главе об оспаривании действий, решений органов действующей власти, отмечает адвокат. "Обжаловать можно. Но обжалование само по себе не приостанавливает действие решения, в отличии от выдворения. Если, например, суд признает гражданина виновным в нарушении миграционного законодательства, то принимается решение о выдворении в течение десяти дней, и это решение можно обжаловать, и гражданина в течение этого срока не выдворяют. А в случае нежелательности - решение вступает в силу немедленно. Со сроками добровольного выезда не совсем понятно, и обжалование не приостанавливает такое решение. Соответственно, человек обязан уехать, несмотря на обжалование. Можно попросить суд о применении предварительных мер защиты по Кодексу административного судопроизводства РФ в виде приостановления исполнения решения, но на практике такие заявления удовлетворяются не слишком часто. Хотя такое бывает", - отметил Жаринов.

Эксперт отметил, что в соответствии с имеющейся у него практикой, обжалование таких решений в судах чаще всего приводит лишь к сокращению срока нежелательности пребывания или неразрешения въезда, если он бессрочный.

"Если нет сроков нежелательности, то суды обязывают органы власти установить их. Такое тоже происходит не всегда. Бессрочность в моей практики становилась предметом успешного обжалования, и МВД обязывалось установить хотя бы какие-то сроки. Что касается ЕСПЧ, то здесь гораздо больше шансов на успех в подобных делах на основании статьи 8 Конвенции и права на частную, семейную жизнь - статьи 10. В случае с этим делом, поскольку затронуты вопросы свободы выражения мнения, и ЕСПЧ оценивает законность вмешательства власти в реализацию тех или иных прав, и если решение принимается на неопределенный срок, то это вызывает серьезные вопросы о его пропорциональности. Потому в ЕСПЧ зачастую подобные дела заканчиваются успешно. Тем не менее это не дает гарантию, что в России эти решения будут отменены, поскольку ЕСПЧ может лишь констатировать нарушение Конвенции, а российские суды впоследствии будут обязаны заново пересмотреть это дело и рассмотреть его более внимательно. И при повторном рассмотрении, возможно, что решение останется прежним. Реальные перспективы отмены такого решения не велики, хотя такие случаи известны", - сказал собеседник.

Наличие у Идрака Мирзализаде гражданства союзного с Россией государства не мешает признанию его нежелательной персоной и выдворению из страны, отметил также Жаринов. "Что касается гражданства Белоруссии, того, что это союзное государство – это не мешает признать нежелательным человека. И были случаи, когда за участие в несанкционированных акциях граждан Белоруссии признавали нежелательными на 99 лет. Некоторые из них обжаловали эти решения, и в ряде случаев суды первой инстанции сократили этот срок примерно до 50 лет", - заключил собеседник.

Представитель комика Идрака Мирзализаде, адвокат Сергей Бадамшин воздержался комментировать вопросы корреспондента "Кавказского узла" о сроках обжалования решения о признании его доверителя нежелательной персоной.

Новости о практике публичных извинений "Кавказский узел" публикует на тематической странице "Кого Кавказ извиняться заставляет".