Анна Нейстат: "Лицемерие российских властей в Чечне превысило все лимиты"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Руководитель московского бюро международной правозащитной организации ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Анна Нейстат отвечает на вопросы Граней.Ру после своей недавней поездки на Северный Кавказ.

Грани.Ру: Анна, вы и ваши коллеги из ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) на этот раз посетили Чечню в качестве наблюдателей за ходом референдума?

Анна Нейстат: Нет, нас интересовала общая ситуация в Чечне и в Ингушетии, на фоне которой референдум происходил. Также целью поездки был сбор информации для меморандума, который мы собираемся представить в Комиссию ООН по правам человека. Комиссия будет обсуждать резолюцию по Чечне в первой декаде апреля.

Грани.Ру: Везде удалось побывать, где хотели?

Анна Нейстат: За референдумом мы наблюдали из Ингушетии. Мы не были в Грозном. Не потому, что не захотели, а потому, что накануне своего отъезда в регион я получила юбилейный десятый отказ на просьбу об официальном разрешении на въезд в Чечню.

Грани.Ру: Ваши впечатления от референдума?

Анна Нейстат: В Ингушетии все проходило довольно спокойно. Явка была крайне низкая. По нашим данным, проголосовало около пяти тысяч человек из более чем 50 тысяч зарегистрированных вынужденных переселенцев. Организованно голосовали на двух избирательных участках, куда привозили людей из палаточных лагерей. Были приняты беспрецедентные меры безопасности, но большинство предпочло не голосовать.

Мы получили несколько свидетельств о том, что людей пытались принудить к участию в референдуме. Нам рассказали, как люди шли получать обещанную гуманитарную помощь, а им вместе с хлебом выдавали бланк заявления, в котором надо было подтвердить свое желание принять участие в референдуме. В случае отказа грозили отнять хлеб. Но мы слышали это только от нескольких человек - возможно, явление не носило массового характера.

В ходе нашего пребывания в Ингушетии никаких препятствий нам не чинили. Действительно, в воскресенье, в день голосования, передвигаться было несколько сложнее, чем обычно. Обусловлено это было принятыми мерами безопасности. Через каждые 30 метров на улицах стояла милиция, было довольно много постов ГАИ, милиции.

Грани.Ру: Так ваши наблюдения ограничиваются только Ингушетией?

Анна Нейстат: Не совсем так. Да, мы не были в Грозном, но тем не менее получали информацию от тех, кто был там и видел все своими глазами. Речь идет о правозащитниках, журналистах, обо всех наших помощниках, работающих в регионе. Все они говорили об очень низкой активности голосовавших. Более того, в субботу и воскресенье в Грозном произошел целый ряд инцидентов, о которых ничего не сообщалось в СМИ. Были ночные обстрелы избирательных участков. Произошли два взрыва фугасов, в результате одного из них погибли несколько военнослужащих и как минимум одно гражданское лицо, несколько человек были ранены. Мы разговаривали с непосредственным свидетелем этого инцидента. То есть референдум происходил в достаточно напряженной обстановке. Кроме того, мы говорили с людьми, голосовавшими в Ведено, где, по сообщению государственных СМИ, была чуть ли не самая высокая явка избирателей. По нашим данным, там на одного избирателя приходилось около пяти военнослужащих - тут уж хочешь не хочешь, а проголосуешь.

Грани.Ру: Иначе говоря, все эти бодрые заявления должностных лиц о небывалой активности населения республики - это не более чем дезинформация? И Кремль выдает желаемое за действительное?

Анна Нейстат: Российские власти пытаются представить референдум в Чечне как начало мирного урегулирования конфликта. При этом внимание российской и зарубежной общественности отвлекается от реальных проблем, которые продолжают существовать в Чечне. Политика российских властей в отношении Чечни - сплошное лицемерие. Но за последние полгода доля лицемерия превысила все лимиты.

Опубликовано 25 марта 2003 года