Жительница Чечни добилась в ЕСПЧ компенсации за отнятую дочь

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Европейский суд по правам человека обязал сегодня российские власти выплатить 12,5 тысячи евро жительнице Чечни Асе Губашевой, муж которой не вернул ей дочь после развода. Девочка находится в Ингушетии, решение местного суда о воссоединении ребенка с матерью не исполняется пять лет, сообщили в "Правовой инициативе".

Как сообщал "Кавказский узел", разведенным женщинам на Северном Кавказе тяжело добиться опеки над детьми, если бывший муж решает оставить их себе. Родственники могут препятствовать общению матери с детьми и давить на самих детей, указали опрошенные "Кавказским узлом" правозащитники после гибели четырехлетней махачкалинки в семье мачехи.

Губашева родила дочь в 2012 году, за два года до развода с мужем. Ребенок остался с отцом, который запретил бывшей жене общаться с дочерью, сообщили корреспонденту "Кавказского узла" в пресс-службе проекта "Правовая инициатива", юристы которой занимаются этим делом.

В настоящее время девочка остается в доме родственников бывшего мужа заявительницы, в Ингушетии. Отец девочки живет в Грозном, отметили в "Правовой инициативе". Сунженский районный суд еще 2 февраля 2015 года постановил вернуть ребенка матери, но судебные приставы так и не исполнили это решение. В 2016 году была удовлетворена и жалоба матери девочки на приставов. Суд признал, что "мероприятия, выполненные судебными приставами, являются явно недостаточными для исполнения решения суда". Однако и второе постановление о возвращении ребенка матери исполнено не было.

Проблема исполнения судебных решений о проживании ребенка с одним из разведенных родителей является общероссийской, указали правозащитники. "Эта ситуация произошла на Северном Кавказе, но законодательство, регулирующее исполнение решения суда об определении места жительства ребенка после развода, настолько несовершенно, что если в любом регионе России один родитель решит забрать ребенка у другого и прятать годами, правовых механизмов вернуть его практически нет", - констатировали в "Правовой инициативе".

Асе Губашевой присуждена компенсация морального вреда в размере 12500 евро, указано в решении суда, опубликованном сегодня на сайте ЕСПЧ.

Она уверена, что местные власти решили бы проблему, если бы пожелали. "Девочка живет с родственниками на территории Ингушетии, отец - в другом городе, и непонятно, насколько он поддерживает ее материально. А родственники и не возвращают ребенка и отказываются пустить к нему мать. Она, конечно, многократно пыталась навестить дочь, установить какой-то контакт, но они категорически ей в этом препятствуют. При этом никаких действий в отношении отца представителями власти не предпринималось. Однажды он был оштрафован за неисполнение судебного решения на минимальную сумму - тысячу рублей. И все", - отметила Ольга Гнездилова.

Традиция оставлять детей в семье отца влияет на решения судов в СКФО

Ранее "Кавказский узел" писал, что в апреле 2018 года ЕСПЧ признал нарушение права жительницы Москвы Элиты Магомадовой, бывший муж которой в 2013 году увез их сына в Грозный и не давал ей видеться с мальчиком. Даже после гибели отца ребенка суд в Чечне отказался передать его матери, оставив мальчика с бабушкой. ЕСПЧ пришел к выводу, что власти не провели тщательного рассмотрения дела об опеке над ребенком, и присудил Элите Магомадовой компенсацию в 15 тысяч евро.

В мае 2018 года ЕСПЧ признал нарушения прав москвички Лейлы Муружуевой, которая четыре года добивалась возвращения ей детей. Бывший муж после развода увез двоих ее детей в Ингушетию, суд определил место жительства детей с матерью, однако приставы не исполнили это решение. За нарушение права на семейную жизнь Муружуевой, как и Губашевой, была присуждена компенсация в размере 12 500 евро.

В ноябре 2018 года ЕСПЧ принял к рассмотрению жалобу жительницы Чечни Луизы Тапаевой на дискриминацию по гендерному признаку и нарушение права на семейную жизнь. Тапаева воспитывала четверых детей, которые родились в браке с ее бывшем мужем. Супруг Тапаевой умер в 2015 году, отец умершего мужа забрал детей и препятствовал их общению с матерью. Урус-Мартановский городской суд встал на сторону свекра Луизы, она обжаловала это решение в Верховном суде Чечни и впоследствии добилась опеки над детьми.

На Северном Кавказе сильна традиция оставлять детей в семье отца, которая часто приводит к изоляции ребенка от общества, заявила ранее юрист "Правовой инициативы" Ольга Гнездилова. "Кавказский узел" писал о резонансном случае насилия над девочкой, которая после развода родителей воспитывалась в семье родственников отца в Ингушетии, подвергалась избиениям и в итоге лишилась руки.

Трагедия с ингушской девочкой обнажила не только и не столько проблему адатов и шариата на Кавказе, сколько порок всей государственной системы защиты прав и опеки в целом, заключил правозащитник Руслан Парчиев в своем материале, подготовленном для "Кавказского узла". "Нет ничего странного в том, что именно в Ингушетии, где нарушения прав граждан носят чудовищный характер, в конце концов обнаружился и вскрылся этот гнойник", - отметил правозащитник.