Два жителя Калмыкии осуждены за доведение до самоубийства вымогательством

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Суд приговорил к девяти и четырем годам лишения свободы двух жителей Калмыкии, признанных виновными в вымогательстве и доведении до самоубийства. Потерпевшие обращались за помощью на юридический сервис "Кавказского узла", опасаясь коррумпированных правоохранителей.

Потерпевшие согласились с приговором

Судья Элистинского горсуда Гиляна Дорджиева вынесла приговор 27 сентября. Житель Краснодарского края Санков и житель Калмыкии Пасугинов признаны виновными в вымогательстве и доведении до самоубийства. Санкову суд назначил девять лет колонии строгого режима, а Пасугинову – четыре. Еще один предполагаемый вымогатель находится в розыске, его дело выделено в отдельное производство, передал корреспондент "Кавказского узла", присутствовавший на заседании.

Потерпевшими по делу признаны супруга и дочь Александра Ганзикова, а также его сестра Вера Анкаева. Они выразили удовлетворенность приговором. "Пасугинову прокурор запрашивал восемь с половиной лет, но он нам не звонил, не угрожал. Поэтому мы считаем, что четыре года – достаточный срок, чтобы посидеть, подумать и не ввязываться в такие истории", – сказала корреспонденту "Кавказского узла" единственная дочь Ганзикова, Ирина.

Интересы потерпевших представляла в суде адвокат Байрта Шаральдинова, заключившая договор с юридическим сервисом "Кавказского узла". Она назвала приговор "законным и обоснованным". "С приговором согласны. Но если осужденные решат обжаловать, мы будем писать возражения", – отметила адвокат корреспонденту "Кавказского узла".

Она отметила, что расследование, начавшееся еще в 2016 году, затянулось, поскольку у следствия первоначально не было никаких доказательств, кроме показаний потерпевших. "Мы никак не могли передать дело в суд. Но позже у нас появилась аудиозапись: там слышно, что на Ганзикова оказывается моральное давление. Были проведены фонетические экспертизы, которые определили, кому принадлежат голоса. В судебном заседании подсудимые подтвердили, что сделали эту аудиозапись сами. То, что было слышно на записи, согласуется с другими нашими доказательствами", – рассказала Шаральдинова. На записи, в частности, слышно, как Санков угрожает Ганзикову, причем признается, что неоднократно занимался вымогательством до этого, добавила адвокат.

Обращения к силовикам не помогли Ганзикову

Психологическое давление оказывалось на Ганзикова в течение месяца, сообщила его жена Наталья Ганзикова после оглашения приговора. "Давление началось с 26 декабря 2015 года, а 28 января 2016 года мужа нашли мертвым. Его принудили написать долговую расписку на сумму в пять миллионов. Затем отобрали у него транспортные средства – взамен обещали вернуть расписку. Но, когда стало ясно, что расписку ему не вернут, 23 января муж написал заявление в ГИБДД и прекратил регистрационные действия. Он был в депрессии, его сломали психологически, хотя он всегда был сильным мужчиной. Вскрытие показало, что он пережил два микроинфаркта", – рассказала Наталья Ганзикова корреспонденту "Кавказского узла".

По ее словам, семья безуспешно пыталась добиться помощи от силовиков. "Мы обратились в <одну из силовых структур>, там нам пообещали помочь. Дали номер телефона. Перед смертью муж позвонил туда, а его попросили больше не звонить. Видимо, тогда последняя его надежда рухнула", – предположила Наталья Ганзикова.

Ирина Ганзикова рассказала, что один из вымогателей лично угрожал закатать ее в бетон. "Я приезжала к нему, требовала отдать расписку. Он сказал: "Пошла вон, или я тебя закатаю в бетон". У этого разговора есть свидетель", - заявила Ирина Ганзикова.

Один из осужденных, Пасугинов, представлялся Ганзикову как следователь, рассказала сестра Ганзикова Вера Анкаева. "Пасугинов играл роль следователя, у которого якобы есть заявление от жительницы Яшалты о том, что мой брат ее изнасиловал. Брат говорил им, что он никогда в Яшалте не был. Тот отвечал, что ему все равно – мол, если захотят, то найдут у брата наркотики", – рассказала Анкаева.

По ее словам, Ганзиков оставил предсмертную записку, в которой описал все, что происходило с указанием дат и всех обстоятельств. "Он попрощался с родными. Сказал, что не смог договориться с Ушачем и не вернул расписку", – добавила Анкаева.

Она считает, что следствие установило всех причастных к вымогательству – двух осужденных и Ушача, который находится в розыске.

Прокуратура была против дела о вымогательстве

Вера Анкаева пояснила, что решила обратиться на юридический сервис "Кавказского узла", поскольку опасалась, что уголовное дело могут "развалить". "Когда следователь поехал предъявлять обвинение Ушачу, тот удивился: "Как так, мы же договорились". Следователю он сказал, что <силовики> обещали ему "развалить" дело, за это он должен был переписать на подставное лицо небольшой нефтеперерабатывающий завод в Калмыкии", – утверждает Анкаева.

Сестра Ганзикова пояснила, что Ушач был учредителем ООО "Лотос", расположенного на территории Аршанского мясокомбината в пригороде Элисты, где с 2005 года работал ее брат. По словам Анкаевой, основным видом деятельности компании была нефтепереработка. "Но они занимались и строительством. В 2005-м выиграли тендер в Чечне – восстанавливали телецентр и строили храм. Когда закончили работу, Ушач распродал все транспортные средства. Брат купил у него восемь единиц техники: два ЗИЛа, КамАЗ, три полуприцепа, экскаватор и УАЗ. В течение 10 лет брат сдавал их в аренду, возил грузы – в общем зарабатывал. А в 2015 году Ушач приехал в Калмыкию – он сам москвич – разбираться со своим гендиректором, который то ли перестал ему деньги отдавать, то ли не все отдавал. Ушач обратился к брату, чтобы тот дал показания против гендиректора. Брат ответил, что он механик, и их разбирательства его не касаются. После этого и началось давление на брата", – рассказала Анкаева.

По ее словам, прокуратура не хотела возбуждать дело по статье о вымогательстве, настаивая на том, что "163-я статья покрывается 110-й". Эту позицию поддержал и Целинный районный суд. "На том основании, что транспортные средства фактически якобы принадлежат ООО "Лотос" и были оформлены на Ушача с согласия владельца", – пояснила Анкаева.

"После того как Целинный районный суд отказал в моем требовании возбудить уголовное дело по статье о вымогательстве, я написала жалобу прокурору республики. [Прокурор Калмыкии] Самсонов ответил то же самое: отказать, так как транспортные средства принадлежат ООО "Лотос". Тогда я написала генпрокурору Чайке. Отправила документы, рассказала, что в Калмыкии процветает коррупция. После этого дело запросили в Ессентуки, в Следственный комитет по СКФО", - рассказала Анкаева.

Она отметила, что после ее жалобы генпрокурору Алексей Самсонов уволился.

Дело дошло до суда только после того, как его передали следователям республиканского уровня, подчеркнула Анкаева.

Она добавила, что после смерти Ганзикова деньги пытались истребовать с его наследников, обратившись в суд в Москве. По словам Анкаевой, она предъявит иск к министерству финансов России, которое "должно ответить за утраченные доказательства". "Пока шло следствие, наши транспортные средства распродавались по запчастям. Только когда сотрудники особого отдела взялись за дело, они вскрыли помещение, где находилась техника, но там уже ничего не было. По сути, <правоохранители> утратили вещественные доказательства. Под различными предлогами они не передавали транспорт в спецхран. 18 марта этого года я подала соответствующее заявление в УМВД по Элисте. И написала письмо главе Следственного комитета России Александру Бастрыкину", – рассказала Анкаева.

Защитник Санкова сказала, что приговор будет обжалован. При этом от подробных комментариев адвокат воздержалась. Комментариями от представителей защиты Пасугинова "Кавказский узел" пока не располагает.