Силовые акции в Чечне ужесточились

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Одним из участников встречи в Кремле президента РФ Владимира Путина с представителями чеченской общественности был председатель Совета глав администраций городов и районов ЧР, глава администрации Шалинского района Шерип Алихаджиев. Накануне встречи он рассказал "НГ" о ситуации в республике и начал с того, насколько она изменилась после теракта в Москве.

- Теракт в Москве мы все осудили, в том числе и на совещаниях советов старейшин, алимов. Но ситуация в республике изменилась в худшую сторону. Снова начались зачистки. Причем не только в Чечне, но и в Москве. Еще более ужесточился режим. Но нужно работать адресно. Мы три года проводим контртеррористическую операцию, пора бы составить списки боевиков, внедрить к ним агентуру, предотвращать то, что они замышляют. Эта работа не ведется должным образом.

- Но и министр обороны, и президент РФ говорили об адресности спецмероприятий...

- До них информация может доходить не в полной мере. Надо спрашивать администрацию на местах, и все узнают, что ситуация здесь совсем другая.

- Работает ли Указ Ахмата Кадырова, предусматривающий контроль гражданской власти над зачистками?

- Пока нет. Этот указ, как и известный 80-й приказ командующего ОГВ, не работает, он игнорируется теми, кто проводит зачистки. Мы надеемся, что в связи с назначением нового командующего что-то изменится. А то, что эти документы не работают, видно по взрывам домов вблизи Ханкалы. по задержанию в Автурах пятерых человек, ехавших из больницы. Отца, сестру и брата опустили, а еще двоих их родственников задержали вместе с  автомашиной "Жигули". Мы не можем добиться их освобождения из определенных структур, которые и до этого проводили такие акции. Их действия противопоставляют мирное население федеральным властям. Село Автуры - крупный населенный пункт, там живут больше 15 тысяч человек, оно всегда было полностью пророссийское. Сейчас население поворачивается в обратную сторону.

Около трех месяцев назад там был случай, когда 50-летнего мужчину посадили на кол. Такое было только при Иване Грозном. После пятичасовой операции в больнице человек скончался, у него остались дети, семья. Там есть некая структура ССГ-1, которая не подчиняется ни ФСБ, ни Ханкале, никому, хотя формально это спецподразделение ФСБ. Она дислоцируется под Автурами, на территории центральной усадьбы госхоза "Автуринский". Мы никак не можем разобраться с этой структурой, к кому мы только не обращались. Причем есть свидетели задержания, трое человек вышли оттуда, с центральной усадьбы, а еще двоих они не отдают. Старший у них - по кличке Демон.

Бандиты в погонах и террористы - это одно и то же. Провокационные задержания людей, внесудебные расправы над ними, убийства враждебно настраивают мирное население. Народу без разницы - что при Масхадове не было жизни, что при российской власти ее нет. Более того, при Масхадове еще как-то можно было вернуть людей - задействовать свой тейп, родственную базу, в конце концов достать оружие. Если сейчас люди возьмут оружие, то их уничтожат как "бандформирование". А решить все проблемы через силовые структуры, через администрацию они не могут. Мы бессильны им помочь. В Чечне нужен один хозяин, власть нужно передать одной структуре. А сегодня республикой управляют 7-8 структур.

- И все-таки какие реальные возможности есть у гражданских властей?

- Мы можем только писать письма в разные инстанции, где они частично остаются без ответа. Больше ничего Глава администрации республики, председатель правительства пишут письма, собирают людей, вызывают силовые структуры, но их усилия тщетны. Один другому не подчиняется. Ситуация очень сложная, прямо скажем, патовая.

- Несколько месяцев назад Вас обвинили в хранении оружия.

- Это была специально кем-то подброшенная дезинформация. Сам я был в отъезде, в доме никакого оружия, кроме табельного, не было. Во время спецоперации в дом зашла какая-то группа, разоружила охрану, изъяла табельные автомат и пистолет, которые у меня есть. На место подъехали комендант, начальник местного ФСБ, во всем быстро разобрались, и инцидент был исчерпан.

- Вы сказали, что за три года можно было составить списки боевиков. То есть сейчас сохраняется ситуация, когда известно, где они находятся, но вместо их задержания зачищают мирные селения?

- Бывает и такое. Мы опаздываем с реализацией имеющейся информации на два-три дня. Бандиты нас не ждут и разбегаются в разные стороны. Нужно выработать механизм, создать спецгруппы при комендатурах, которые оперативно реагировали бы на поступающую информацию. Тогда было бы больше результатов. Уже третий год идет вторая военная кампания, а мы еще не научились работать, реализовывать информацию, сливать ее в одну базу, какой-то аналитический центр.

- А почему не научились? Может, речь идет о саботаже?

- Я затрудняюсь ответить, но не думаю, что это так. В течение 10 лет безвластия все растаскивалось, государство разваливалось, и только сейчас мы начали его собирать. После вступления в должность президента Путина понемногу укрепляется вертикаль власти. Министерства уже не те, оснащение у людей по сравнению с ситуацией трехгодичной давности намного лучше, есть и техника, и связь.

- Как Вы относитесь к заявлениям о том, что одним из организаторов теракта в Москве был Масхадов?

- Так и есть. До этого Масхадов выступил по телевидению и сказал, что они ждут уникальную операцию. Они ее продемонстрировали, и из-за этого теперь страдает весь чеченский народ. Я с первого дня говорил, что с Масхадовым нельзя вести никакие переговоры. По его поручению и по поручению Басаева проводятся теракты. Это бесспорно.

- Несмотря на ужесточение силовых акций, не прекращаются разговоры о политическом урегулировании. Какие нужно предпринять политические меры?

- Нужно созвать жесткую вертикаль власти, наделить полномочиями главу республики, сформировать бюджеты в каждом районе. Ведь до сих пор ни в одном районе нет своего бюджета. Главы районов фактически находятся в подвешенном состоянии, нет финансирования. Надо создать рабочие места, иначе мы не оттянем молодежь с "той стороны". Молодому парню нужно заработать на кусок хлеба, и если он не может заработать честным путем, то идет закладывать фугас. Молодежь выросла на этой войне. Ее надо посылать в разные вузы, училища. Арабские страны с удовольствием принимают на учебу, но они оттуда возвращаются ваххабитами. Надо их направлять в европейские страны, в центральные регионы России. Среди чеченцев очень много умных людей, академиков, профессоров. Надо повернуться к чеченскому народу лицом, доверять ему, назначать чеченцев на федеральные должности. Ведь чеченцы - это четвертая по численности титульная нация России, но среди них никто не занимает федеральной должности, кроме одного человека - Абдул-Хакима Султыгова. А за каждым чеченцем своя тейповая. родственная база. Назначение любого чеченца прибавило бы еще сто тысяч пророссийски настроенных людей.

- В числе политических мер называют референдум, выборы...

- Я думаю, что настало время проводить референдум, чтобы все население определилось в своем отношении к России. Сразу за референдумом надо проводить выборы. Не имея парламента, мы сегодня как без рук - не можем решить приватизационные вопросы, вопросы разграничения собственности. Надо идти по этому курсу, а потом провести выборы местного самоуправления, главы республики.

- Как обеспечить нормальные условия для проведения референдума, чтобы его результаты были признаны чеченским международным обществом?

- Очень просто. Надо убрать ненужные посты, которые ничем, кроме мздоимства, не занимаются. За всю чеченскую кампанию на постах не задерживали полевых командиров. Но с каждого поста люди имеют большие деньги. Сюда приезжают из центральных регионов России по пять-шесть раз, покупают должности на постах. Этому есть доказательства. Если убрать ненужные посты, то никакого "голосования под дулами автоматов" не будет. Люди будут свободно передвигаться и нормально голосовать.

Опубликовано 18 ноября 2002 года