В деле по жалобе защиты Курман-Али Байчорова об отводе заявил второй судья

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

С момента начавшегося 13 апреля повторного судебного процесса по делу имама Кисловодска Курман-Али Байчорова двое судей заявили самоотводы, мотивировав их дружескими отношениями с коллегами, на которых в СКР подавал жалобы адвокат Мусаев. Судьи мотивировали решения тем, что рассматривать дело, оставаясь при этом объективными, они не могут.

Как сообщал "Кавказский узел", в январе 2015 года Курман-Али Байчоров был приговорен к трем с половиной годам лишения свободы по обвинению в незаконном обороте наркотиков. Вину имам не признал. При этом он заявил, что наркотики ему подбросили. 15 февраля 2016 года Ставропольский краевой суд отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, а имама было решено отпустить под подписку о невыезде.

15 апреля о своем отводе заявил судья Муравлев А. А., мотивировав это тем, что «рассмотрение жалобы в порядке ст. 125 УПК (на действия и бездействие должностных лиц — прим. «Кавказского узла») предполагает обязательное участие всех заинтересованных лиц, кого может затронуть вынесенное по жалобе решение».

«В данном случае это судья Предгорного районного суда Попов и председатель суда Железняков. Указанные обстоятельства могу повлиять на объективность судьи и вызвать у лиц, участвующих в деле, сомнения в беспристрастности судьи при рассмотрении жалобы», - заявил судья Муравлев перед вынесением решения о самоотводе.

19 апреля жалоба была принята к производству судьей Черновой. 22 апреля судья Чернова заявила о самоотводе по тем же основаниям, на которые ранее сослался судья Муравлев.

Дата следующего судебного заседания пока неизвестна, председательствующий по делу на данный момент не назначен.

Как рассказал корреспонденту «Кавказского узла» Алауди Мусаев, представляющий интересы имама Кисловодска Курман-Али Байчорова, он подал жалобу на федеральных судей Железнякова и Попова в СКР 1 февраля 2016 года. По мнению адвоката, в ходе первого процесса по делу имама имели место факты вмешательства в отправление правосудия, кроме того, в деле появились доказательства, которые он считает сфальсифицированными. 

Напомним, что в ходе первого процесса по делу защитой был установлен номер телефона лица, предположительно участвовавшего в подбросе наркотиков имаму, Была проведена адресная детализация телефонного номера, обслуживаемого оператором "Мегафон". Ответ из ОАО "Мегафон" на запрос суда был возвращен обратно в телекоммуникационную компанию распоряжением председателя Предгорного суда Железнякова. После этого произошла корректировка детализации, в которую, по мнению защиты, были внесены заведомо недостоверные сведения.

«После возвращения из ОАО «Мегафон» ... запрашиваемой нами адресной детализации телефонных соединений абонентского номера, владельцем которой являлся организатор похищения Байчорова, в нее были добавлены ложные сведения о принадлежности телефонного номера сотруднику ГУМВД по СКФО», - рассказал Мусаев.

"Вместо обеспечения его явки судебными приставами, от его супруги путем давления и запугивания была получена объяснительная «неким полковником полиции», которая (объяснительная) в дальнейшем была предоставлена суду, как отобранная судебным приставом", - рассказал адвокат. 

Заявление, поданное им в СКР, было "спущено" по инстанции, пояснил Мусаев.

Оно "спустилось от Бастрыкина к его заместителю по СКФО Карнаухову, он отписал начальнику управления по Ставрополью Дубровину, он, в свою очередь, в Предгорный СО СКР", - рассказал адвокат.