Свидетели по делу Зиринова заявили о неправильной интерпретации их слов следователем

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Суд по делу бывшего депутата законодательного собрания Кубани Сергея Зиринова допросил троих свидетелей обвинения, в показаниях двоих из них выявлены противоречия. Свидетели объяснили это неправильным истолкованием их слов при оформлении протоколов допроса на предварительном следствии.

Как информировал "Кавказский Узел", бывший депутат и пятеро его предполагаемых сообщников обвиняются в бандитизме (ст. 209 УК РФ), убийстве (ст. 105 УК РФ) и незаконном обороте оружия (ст. 222 УК РФ). Судебный процесс с 13 августа проходит в Северо-Кавказском окружном военном суде. На заседании 10 декабря одна из свидетелей заявила, что противоречия в ее показаниях связаны с поступавшими в ее адрес угрозами.

15 декабря в начале судебного заседания прокурор Коробейников попросил суд допросить шестерых свидетелей обвинения, трое из которых были доставлены на слушание службой судебных приставов, передает корреспондент "Кавказского узла".

Перед допросом свидетелей Зиринов выступил с ходатайством о возвращении в дело адвоката Анны Ставицкой и заявил отвод защитникам Ткачеву и Головинской, ссылаясь на то, что адвокаты по назначению не производят его фактическую защиту. В своём выступлении Зиринов обратил внимание суда на нарушения в ходе слушаний норм Конституции России и Всеобщей декларации прав человека.

Суд постановил приобщить возражения Зиринова к материалам дела и учесть их в дальнейшей работе суда, но в удовлетворении ходатайства подсудимого отказал.

Напомним, что судья Волков в конце августа направил жалобу на адвоката Анну Ставицкую в Адвокатскую палату России, обвинив защитницу Зиринова в давлении на присяжных. 9 сентября на основании этого документа суд отстранил Ставицкую от защиты Зиринова, а подсудимому были назначены два адвоката - Ирина Головинская и Олег Ткачев.

Свидетель заявил, что не слышал о давлении на следствие со стороны прокурора

Затем суд продолжился с участием коллегии присяжных заседателей.

Первым суд вызвал для допроса свидетеля Погосяна. Рубен Погосян представился заместителем начальника Приморского отдела полиции отдела Новороссийска, в 2004 году он работал оперуполномоченным в отделе по раскрытию убийств.

В 2004-2005 годах Погосян принимал участие в работе по раскрытию убийства бизнесмена Салмана Набиева. По этому делу отрабатывались Ампар Эриян и Эдуард Паладьян как круг связи бизнесмена Петросяна, который подозревался в убийстве Набиева из-за судебной тяжбы за помещение на улице Свободы.

Согласно показаниям Погосяна, детализация телефонных соединений отрабатывалась. Фиксировались ли номера телефонов Эрияна и Паладьяна, он не вспомнил. По словам свидетеля, фамилия Зиринова фигурировала, "но в прокуратуре я его ни разу не видел".

Сразу после допроса свидетеля ходатайство заявил прокурор Коробейников, который усмотрел существенные противоречия в показаниях свидетеля Петросяна, которые он дал в суде и на стадии предварительного следствия. Суд ходатайство Коробейникова удовлетворил.

Гособвинитель заявил, что в протоколах допросов свидетель уверенно утверждает, что номера телефонов Эрияна и Паладьяна фиксировались в районе места приобретения автомобиля, найденного затем на месте происшествия, а Зиринова в ходе допроса он видел в здании прокуратуры. Разработка причастности Эрияна и Паладьяна была прекращена следователем Сидоровым с санкции прокурора Новороссийска Андрея Фомина.

Петросян пояснил, что никаких противоречий нет, «это всё игра слов».

«Анализом телефонных соединений с Эрияном и Паладьяном на месте приобретения автомобиля были установлены их телефоны. Прокурором Новороссийска был Фомин, но я не слышал о давлении на следствие с его стороны. Просто версия про Эрияна и Паладьяна не подтвердилась, и мы переключились на другие версии. Зиринов мог, наверное, заходить в прокуратуру, но это мое предположение, так как лично я его там никогда не видел. Следователь меня не так понял», - сказал свидетель.

"В показаниях слишком много такого, чего я не говорил"

Следующим был допрошен свидетель обвинения пенсионер Сергей Христофоров, который был генеральным директором санатория «Малая Бухта» с 1993 по 2001 годы.

Он рассказал, что в 1993 году акции санатория были распределены следующим образом: 40% находились в руках коллектива, 30% - у профсоюзов, еще 30% - у Тираспольского хлопчатобумажного комбината ("Тиротекс"). Во время акционирования Тираспольский ХБК получил 30% акций в обмен на обещание сделать ремонт в санатории и вложить в него денег. Однако из-за отсутствия средств на предприятии Тираспольский ХБК отказался от своих акций, а его генеральный директор Вилор Ордин прислал Христофорову документ, что никаких претензий он к санаторию не имеет и иски в суды не отправлял.

По его словам, убитый Виталий Садовничий стал работать в «Малой бухте» с 1993 года в качестве главного бухгалтера. Он сошёлся, согласно показаниям свидетеля, с Ракчеевым и Мурзаевой, которые выдавали себя за представителей "Тиротекса". Они пообещали Садовничему должность генерального директора.

В июне 2001 года на незаконном, как считает Христофоров, собрании акционеров без участия профсоюзов и коллектива свидетель был отстранен от руководства санаторием, а на его место был назначен Садовничий.

По его словам, Садовничий исполнял обязанности гендиректора в течение года, а потом исчез. Он рассказал, что в санатории думали, что он уехал за границу. Потом генеральным директором санатория стала Мурзаева, затем Юрин, которого, как отметил свидетель, считали "человеком Зиринова".

Зиринова Христофоров знает, но участия в жизни санатория тот не принимал.

Прокурор Барсукова заявила ходатайство об исследовании противоречий в показаниях свидетеля, которое судьей было удовлетворено.

Гособвинитель зачитала протокол допроса, где Христофоров утверждает, будто Садовничий рассказывал, что ему поступали угрозы от Зиринова. Также она продемонстрировала заявления Христофорова генеральному прокурору Чайке и руководителю Следственного комитета Бастрыкину, в которых Христофоров просил проверить причастность Зиринова к исчезновению Садовничего и Иванькиной и захвату «Малой бухты».

«На что я должен ответить? Фактов причастности Зиринова или кого-либо к убийству Садовничего у меня нет, я просто просил правоохранительные органы проверить эту версию», - пояснил суду Христофоров.

Об угрозах в адрес Садовничего Христофоров заявил, что ничего об этом не знает. Вообще, по его словам, в его показаниях «слишком много такого, чего я не говорил».

Последним допрошенным 15 декабря свидетелем стала Людмила Ружьева, бывший начальник отдела кадров санатория «Малая бухта».

Она, в основном, подтвердила показания Христофорова. По её словам, Зиринов не приходил к Садовничему, и она никогда не видела его с ним. Оказывал ли Зиринов поддержку Садовничему, свидетель не знала, «он никогда об этом не говорил».

«Угрозы Садовничему поступали, но от кого, он также не говорил», - добавила она

После этого судебное заседание было отложено до 16 декабря. На нем планируется продолжить допрос остальных трех свидетелей обвинения.

Комментариями сторон процесса относительно хода судебного слушания "Кавказский узел" пока не располагает.