Руслан Бадалов: ситуация в Ингушетии сравнима с предвоенной в Чечне

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Ситуация последних лет в Ингушетии сравнима с предвоенной ситуацией в 90-х годах прошлого века в соседней Чеченской Республике, считает председатель Чеченского комитета национального спасения (ЧКНС) Руслан Бадалов. Об этом он заявил, выступая на прошедшей 9-10 июня в Финляндии конференции по правам человека в России.

"Хотя в Ингушетии и не происходят открытые масштабные боевые действия с участием войск и техники, как это было два раза в конце XX века на территории Чечни, по уровню напряжённости, отсутствия безопасности для всех, кроме строго охраняемых представителей власти, а также их семей, по количеству чуть ли не ежедневных терактов, жертв среди гражданского населения и сотрудников силовых структур, Ингушетия предстаёт сегодня самой горячей точкой Северного Кавказа", - утверждает Бадалов.

Обосновывая указанное утверждение, правозащитник сослался на недавний доклад ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) "Ингушетия - 2007. Куда дальше?". По его словам, факты нарушений прав человека в Ингушетии расписаны в нём в мельчайших деталях. Они подтверждаются и материалами специальной депутатской комиссии Народного Собрания Республики Ингушетия прошлого созыва.

Борьба с терроризмом в Ингушетии проводится силами спецслужб совместно с военными и республиканскими силовыми структурами. А активно она началась в регионе с осени 2002 года, рассказывает глава базирующегося в Ингушетии Чеченского комитета национального спасения.

"Уже с осени 2002 года в Ингушетии начали фиксироваться случаи "спецопераций" силовых структур на машинах с затемнёнными стёклами и без опознавательных знаков, - продолжал Руслан Бадалов. - Тогда же, наряду с фактами бесцеремонных вторжений в дома жителей республики без предъявления каких-либо разрешительных документов, обысками, издевательствами, оскорблениями и избиениями всех, кто попадался в доме и вокруг, уводами молодых людей "в никуда", стали происходить и случаи краж имущества граждан, из домов, где такие операции проводились".

Бадалов рассказал собравшимся о том, что молодые люди, "увозимые силовиками", стали тогда пропадать без вести. Часть из них впоследствии, обнаруживалась искалеченными, а то и вовсе убитыми в здании прокуратуры и ФСБ соседней республики Северная Осетия-Алания или в военном городке федеральных сил под Грозным Ханкале.

"Ни по одному из подобных фактов не было проведено адекватное расследование, и никто из виновных не понёс наказания, продолжал Руслан Бадалов. - Любую жертву рейдов спецслужб автоматически, постфактум стали объявлять бандитами, участниками незаконных вооружённых формирований. Став нормой, это продолжается и по сей день. Конституционная норма о презумпции невиновности не имеет силы в отношении объектов охоты спецслужб в данном регионе России".

"Мы не противники борьбы с терроризмом и любым проявлением преступности, а, наоборот, её сторонники. Но мы сторонники осуществления её только в цивилизованных формах, в рамках действующих в государстве конституционных норм и законодательства, которых вполне достаточно для эффективной борьбы с любым посягательством, любым злом и любой преступностью", - сказал Бадалов.

Правозащитник заметил, что по данным ЧКНС, с 2002 года в Ингушетии похищено и исчезло около 200 человек. Убито в результате внесудебных расправ более 500.

По словам Бадалова, "это не могло не взорвать чащу терпения доведённого до отчаяния народа": "Выплеск накопившегося негатива произошёл в ночь на 22 июня 2004 года. В эту ночь было совершено организованное нападение вооружившихся отрядов молодых людей преимущественно из числа местного населения на органы правопорядка и силовые структуры. В результате было убито более 70 сотрудников силовых структур и чиновников. Для маленькой Ингушетии, не знавшей подобного за всю свою многовековую историю, это явилось самым настоящим шоком. Эта кровавая ночь расколола ингушское общество на два антагонистических лагеря. Спецслужбам теракт полностью развязал руки для усиления карательных мероприятий".

В 2007 и в 2008 годах ситуация в Ингушетии наиболее обострилась. Самыми распространенными причинами резкого осложнения обстановки, по мнению Руслана Бадалова, в этом году является проведение так называемой "специальной комплексной профилактической операции по выявлению лидеров бандитского подполья" (СКПО). Под её предлогом на территорию Республики Ингушетия введены и вводятся дополнительные подразделения силовых ведомств России.

"Мы фиксируем трагические события, сообщаем о них общественности. И за это мы сами, правозащитники, постоянно находимся под прессингом власти, правоохранительных органов и спецслужб. В каких только грехах не пытаются нас обвинить: нас называют и экстремистами, и агентами иностранных разведок, и даже пособниками террористов. Какими только ярлыками не обвешивают. Мучают бесконечными проверками, пытаются под надуманными предлогами закрыть организации. Таскают по судам и следственным органам", - жаловался Бадалов.

"Если мы сломимся, перестанем заниматься защитой прав человека, то правовой беспредел выйдет из-под контроля и не будет иметь никакого предела до полного нашего уничтожения. Мы хотим жить в нормальной, цивилизованной стране, где над всеми правит только Закон и только Закон регулирует как общественные и государственные отношения, так и политику безопасности и общества, и государства", - уверен Руслан Бадалов.

("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) также отмечал резкое ухудшение ситуации в республике, особенно начиная со второй половине 2007 года. Причем, по словам члена совета ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Александра Черкасова, "еще буквально пару лет назад население Ингушетии было готово поддержать правительство в борьбе с боевиками, но своими стопорными и откровенно беззаконными методами - пытками, похищениями власть настроила ингушское общество против себя".

"Политический кризис в республике налицо, - говорится в докладе ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу). - Нынешнее руководство Ингушетии неспособно повлиять на ситуацию, не может решить ни одну из наболевших проблем: ни защитить население от нападений боевиков и произвола силовиков, ни обеспечить экономическое развитие, ни создать рабочие места, ни отстаивать то, что воспринимается большинством населения как национальные интересы".

Кроме того, по словам сотрудника ингушского представительства ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Тамирлана Акиева, в прошедшем году Ингушетия стала центром внимания отечественных и зарубежных СМИ - о республике стали говорить как о новой "горячей точке".

Отсюда чуть ли не ежедневно поступают сообщения о терактах, обстрелах и вооруженных нападениях. Ситуация в регионе вышла из-под контроля местных властей во главе с президентом Муратом Зязиковым. По мнению аналитиков, ингушский президент не смог заручиться поддержкой авторитетных лидеров местных семейных кланов.

"Кавказский узел" продолжает отслеживать развитие ситуации в Ингушетии и ведет хронику происходящих там событий.