Фильм "Потерянные жизни": в Чечне не найдены более 3000 человек

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Более 3000 человек остаются пропавшими без вести в Чечне. Они исчезли в ходе "контртеррористической операции", начиная с 1999 года - времени прихода к власти в России Владимира Путина, который после выборов оставляет избранному президенту Дмитрию Медведеву печальное наследство. Об этом сообщила координатор программы по Европе и постсоветским странам "WITNESS" ("Свидетель") Виолетта Красник, комментируя выпуск созданного Программой "WITNESS" совместно с отделениями ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) в Грозном и Назрани документального фильма "Потерянные жизни. Исчезновения и безнаказанность на Северном Кавказе" ("Missing Lives. Disappearance and Impunity in North Caucasus").

Чечня, 2000 год. На одной из разрушенных войной улиц собрались матери, жены и сестры пропавших без вести. В руках они держат раскрытые удостоверения родных, их фотографии, газеты с заметками об исчезновении родных, ступивших за порог зданий силовых структур, плакат с надписью "Освободите их". С этих кадров начинается повествование "Потерянных жизней" о попытках семей похищенных, подвергнутых пыткам и внесудебным казням, добыть информацию о пропавших и добиться справедливого расследования похищений родных.

"Их забрали 28 февраля в 12 часов ночи из дому. Ночью в масках залезли к нам и забрали. До сих пор ничего не известно", - рассказывает сквозь слезы журналистам историю похищения своих двух сыновей пожилая чеченка.

"Куда бы мы ни обращались, ничего не можем добиться - ни от органов власти, ни от общественных организаций... Были и нет. Пропали просто. Не может же быть такого, чтобы люди пропадали бесследно", - с трудом говорит измученная неизвестностью другая женщина.

По свидетельствам видеоматериалов, виновниками многих исчезновений являлись представители силовых структур. Один из жителей Чечни, имя которого не называется, во время опознания человеческих останков, найденных в 2001 году недалеко от военной базы в Ханкале, рассказал, что среди десятков истлевших почти до костей тел ему удалось опознать своего брата, пропавшего за два месяца до того. По его словам, до этого силовики уверяли его в том, что брат жив, содержится в заключении в Ханкале и будет вскоре отпущен на свободу, но мужчина был убит без суда.

Алавди Садыков, школьный учитель, был похищен в Грозном в 2000 году федеральными силами безопасности. Почти три месяца он содержался в камере временного отдела милиции в чеченской столице, о чем родственники и не подозревали.

По словам Садыкова, во время заточения его пытали. На видеокадрах видно, что у мужчины отсутствует левое ухо, которое, говорит Алавди, ему отрезали силовики.

"Двое положили меня. Отрезали ухо, потом сказали: "Покурим и голову отрежем". Но потом ушли к другим - к Ахмеду Табсултанову и Магомеду Джебаеву. Они (задержанные - прим. "Кавказского узла") в кровяных масках были. К утру их уже не стало", - рассказывает Алавди о своем заключении с дрожью в голосе.

По его словам, пытки задержанных были настолько жестокими, что стены камер были все в крови, которую заключенным пришлось закрашивать белилами.

"Где я? Что со мной? Я жив или нет?" - гласит одна из надписей на стене камеры, под которой указана дата - 17.03.06.

"Из-за ненадлежащего расследования проблема насильственных исчезновений распространилась и на соседние с Чечней регионы Северного Кавказа", - утверждает Виолетта Красник.

В видеоролике прослеживается та же мысль, и в ее доказательство приводятся данные о пропавших без вести в Северной Осетии.

"Я - сестра пропавшего брата Яндиева Магомета Муратовича. 27 марта 2006 года он поехал во Владикавказ, чтобы купить автозапчасти. Во время последнего звонка он сообщил, что его задержали на посту. Если что, на серебристой десятке. После этого связь с ним оборвалась. До сих пор о нем ничего не известно", - рассказывает родственница похищенного.

Другая женщина ищет своего дядю Маули Матиева. "Он выехал 3 ноября 2005 года в праздник Рамадан поздравить родных из Дачного. Возвращаясь из Дачного, на контрольно-пропускном пункте в Чермене его видели последний раз", - рассказывает местная жительница.

Другие потерпевшие жители Северной Осетии также говорят о том, что к пропаже их родственников причастны "люди в погонах".

Жители соседней Ингушетии столкнулись с той же проблемой.

"Я жена Исмаила Албакова, - рассказывает девушка, одетая в традиционную мусульманскую одежду. - Он пропал 27 октября 2003 года. С тех пор мы ничего не можем узнать. Мы были и в прокуратуре Ингушетии, и в ФСБ в Магасе, ездили в тюрьмы Грозного и Пятигорска. Никаких результатов".

Сестра Горчханова Адама рассказала о том, что 9 февраля 2005 года ее брат был похищен сотрудниками ФСБ в Назрани. "Уголовное дело обещали завести. Но абсолютно никаких мер не предпринималось. До сих пор о его местонахождении ничего не известно", - рассказала женщина.

Борис Оздоев также говорит о том, что за похищением его сына Рашида, работавшего старшим помощником прокурора Ингушетии и надзиравшего за исполнением законов в Федеральной службе безопасности, кроются сотрудники ФСБ.

"Поводом для похищения явилось его трехкратно повторенное представление на бесчинства органов ФСБ Республики Ингушетия", - убежден юрист, федеральный судья в отставке Борис Оздоев.

Члены дагестанской организации "Матери Дагестана", созданной с целью борьбы с похищениями людей в республике, убеждены в том, что власти этой республике прекрасно осведомлены о положении с пропажами людей, однако ничего для исправления ситуации не предпринимают.

"Это политика. Все, что творится на Северном Кавказе, все идет из Москвы. Первый виновник - президент России. Он развязал руки военным. Он продолжает развязывать войну по всему Северному Кавказу. Нам не нужна война. Мы сами по себе очень мирные, гостеприимные люди. Но нас не оставляют в покое, нам не дают жить", - сетует одна из участниц движения.

Похищения на Северном Кавказе продолжаются, говорится в заключительных титрах фильма, и родственники продолжают искать справедливости.